Отчаянное нежелание попадать впросак и под домашний арест трансформировалось в комок жара под грудиной. А потом он лопнул.
― Кудах? ― спросил мой магический облик в полной темноте, которая очень медленно редела. ― Ку-кудах?
― Понятия не имею, ― печально призналась я.
Вокруг были горы. Точнее, горное плато, состоящее из необычного темного камня, опоясанное теми самыми горами. Моя курочка заинтересованно клюнула один из маленьких камушков рядом с нами, тот внезапно распался.
― Хм, ― протянула я и присела на корточки. Взяла осколки камушка в руку, покатала их пальцем. ― А это не камни. Это остывшая лава.
И как только я поняла это, сразу отчетливо заметила столбы дыма, поднимающиеся с верхушек окружающих самых настоящих вулканов разной формы и размера.
― А там что? ― Одна из расщелин заманчиво отсвечивала ало-оранжевым и пахла…
Ух, как вкусно она пахла! Теплом, домом, уютом, негой.
Поневоле мы с моим магическим обликом развернулись и пошли в ту сторону.
― М-да. ― Минут через десять я уже озадаченно чесала в затылке, разглядывая… даже не знаю, маленький кратер? Ванну с магмой? Нечто круглое, шириной шагов двадцать, до краев наполненное медленно булькающим расплавленным камнем. ― Ку-куда это нас с тобой потянуло, а? И пахнет, главное, еще лучше… а ведь должно серой вонять и прочими вулканическими газами.
Курица склонила голову к крылу, рассматривая магмованну. Поморгала и осторожно попробовала призрачной лапой берег.
А потом я не успела даже моргнуть. Мой магический облик заорал так громко, что и не поймешь — испуганно или торжествующе.
Ее пушистые шелковые перышки встали дыбом, вспыхнули настоящим огнем, а в следующее мгновение птица прыгнула вперед и камнем булькнула прямо в центр вулканчика.
― Епть… ― сказала я и села на горячий камень.
Кто ж знал, что он такой скользкий? Визг улетел под низкие сизые облака с косматыми отсветами огня, а я как с ледяной горки съехала туда же, куда уже канула моя птичка.
В лаву я окунулась с головой. Платье вспыхнуло и исчезло в один миг. Вместе с трусами, туфельками и волосами… а я, отчаянно барахтаясь и вереща от ужаса, заколотила руками по лаве, словно по воде, и вынырнула на поверхность.
Отдышалась. И поняла, что сижу в вулкане, словно в огромной ванне, наполненной теплым жидким медом. Голая, лысая и ошалевшая.
А напротив меня плещется не менее голая и лысая птица странных очертаний. Хотя, конечно… кто ее знает, как выглядела моя духовная курица без перьев? Может, она вовсе и не должна быть похожа на привычных мороженых кур из супермаркета.
Кожа птички была антрацитово-черная в оранжевых пупырышках. Кажется, из этих пупырышков вот-вот должны проклюнуться новые перья, но на полдороге они вдруг передумали и остановили свой рост. Клюв здоровенный, хищно изогнутый, как у какого-нибудь орла. Тоже оранжевый. Полупрозрачный, словно янтарь. Насчет крыльев сказать сложно, пока они лысые — культяпки и культяпки. А вот лапы — точно как у страуса! Длинные, голенастые, даже на вид сильные и с огромными янтарными же когтями. И здоровенные, как у совы, золотые глаза с вертикальным зрачком. Без перьев это выглядело страшненько — каждый глаз едва ли не больше, чем весь череп!
― Только не говори, что я сейчас выгляжу так же, ― ужаснулась я и попыталась нащупать ресницы и брови.
Нету! Великие предки, нету! Еле-еле заметная щетинка, намек на то, что волосы отрастут обратно, — и все!
Не считая этих неудобств, сидеть в вулкане оказалось невероятно приятно. Уютно. И даже вкусно. Не ожидала, что так выйдет, но как-то машинально последовала примеру своего духовного облика: она опускала клюв в магму и с удовольствием облизывала его длинным, не птичьим каким-то языком. Ну, я тоже попробовала набрать в пригоршню и поднести к губам.
Хм-м-м… мед, сгущенка и кофе с корицей.
― Вот как ты думаешь, мы уже сгорели или нет? Мне же нужно было именно сгореть, чтоб быть способной выйти замуж. Хотя, конечно, такими страшненькими и лысыми нас вряд ли кто-то под венец возьмет. И на свадьбу мы попадем разве что главным праздничным блюдом, птицей счастья. Паучиха будет в восторге. А знаешь, ты и правда выглядишь ужасно аппетитно. Без перьев, в этом красном горячем соусе. Что за мысли в голову лезут, а?
― Ку-кура, ― согласился магический облик.
― Ничего я не дура. ― Хотелось обидеться, но не вышло: было так хорошо и лениво, что не было сил шевелить даже мыслями, не то что конечностями. ― Ты тоже хочешь спать?
― Ку-дах… ― согласилась птица и прикрыла огромные глаза полупрозрачными веками. Но вдруг встрепенулась и забила лысыми крылышками в сторону берега. ― Так-так-так!
― Что? ― Я тоже встревожилась и, преодолевая лень, повернула голову. ― Ой…
― Маленький беззащитный цыпленочек, ― с задумчивым удовольствием сказал мужчина в черном, появившийся на скале. ― Без присмотра. Без взрослого опекуна. И даже без защитного оперения… Как интересно. И полезно. Иди ко мне, детка. Давай, плыви сюда.
