Денис спал с видом ребенка, которому пока что просто неведомы ни страх, ни стыд. Одеяло с него слетело, рот во сне сложился в обиженную гримасу. Марина наклонилась и легонько поцеловала его в оттопыренную нижнюю губу. Денис что-то промычал, но не проснулся. В какой-то из соседних комнат пробили часы. Восемь. У кого-то затрещал будильник. Марина опять вспомнила свой сон, и на мгновение ее опять охватило чувство холодного ужаса. Нет, этот сон надо было срочно кому-нибудь рассказать, надо было его как можно быстрее выплеснуть из себя. И во всем Крольчатнике был только один человек, который действительно мог сейчас Марине помочь.
У Ильи уже завтракали. Маша сидела за столом, держа младенца у груди. Свободной рукой она кормила Левушку, сидящего рядом с ней на высоком стуле. Он отталкивал ложку и болтал ногами – видно, уже наелся. Илюшка, сидя перед полной тарелкой, рассеянно ковырял в ней вилкой, с головой уйдя в газету «Пульс Тушина».
– Это ж надо, чего пишут, гады! – восклицал Илья время от времени. – Того гляди по Москве погромы пойдут! – И Илья с шумом втягивал в себя воздух.
– Марина, привет! – радостно воскликнула Маша. – Экая ты сегодня ранняя пташка! Да заходи же, чего стоишь? Завтракать с нами будешь?
«Нет, это определенно какой-то бред, – думала между тем Марина. – Или, может, мне все это снится? Сидит нормальная семья, прямо как из „Букваря“, мама кормит детишек, папа листает газету, в комнате царит атмосфера прочного благополучия и полного довольства друг другом. И где же все это происходит? В Крольчатнике, где трудно разобраться, кто с кем спит и у кого чей ребенок! Вот этот самый муж обнимал меня вчера так, что ребра мои до сих пор об этом помнят, и это именно на его плече я вчера проснулась. Нет, что-то из этого никак не может быть правдой! Иначе… Иначе у меня крыша поедет!»
– Марина, здравствуй, ты что, заболела? – Илья наконец заставил себя оторваться от газеты. – Маша спрашивала тебя: ты завтракать с нами будешь? Картошка жареная с луком и ватрушка с творогом. Ты пробовала когда Машины ватрушки?
– Марин, – сказал после завтрака Илья, – тебе там Магда кое-чего передала. Заодно просила, чтобы ты на нее не сердилась.
– Да не сержусь я на нее, не сержусь, сколько можно повторять? – досадливо отмахнулась Марина и с некоторой настороженностью развернула газетный сверток.
Внутри оказалось Магдино платье.
– Что это значит?
– Надо полагать, она тебе его подарила, раз велела передать.
– Ничего не понимаю! – растроганно прошептала Марина, поглаживая чудесную ткань рукой.
– Это я давно уже заметил, – усмехнулся Илья. – Ну да не огорчайся, Мариночка, не всем же быть понятливыми! – Он едва успел увернуться от Марининых кулачков.
– Детки, не ссорьтесь! – погрозила им Маша. – Будьте паиньками, уберите со стола и помойте посуду! Илья, ты помнишь, что ты сегодня гуляешь со всеми детьми?
– Еще бы! – отозвался Илья. – Эхма! Марина, пошли со мной! А Машку мы сейчас спать уложим. Она, бедная, из-за этих спиногрызов уже которую ночь не высыпается.
– Пошли! – Марина обрадовалась. Ведь на прогулке ей наверняка подвернется случай рассказать Илье про свой сон. Дети не помешают – они ведь еще ничего не понимают! Хотя кто их знает? Ей вдруг вспомнился суровый, обличающий голос Димыча: «Ты беременная, да?»
Они отправились в детскую и не без труда одели всю команду как можно теплее. «Давай чтобы уж гулять, так гулять, а не думать все время, что кто-то из них замерз!»
Потом Илья сбегал за Никой, уложил ее в коляску, а собственную дочку пристроил за пазуху в «кенгуру». Левушку Илья посадил в рюкзак за спиной.
– Теперь я двугорбый верблюд! – похвастался он.
– Вы уже решили, как маленькую назовете? – спросила Марина.
– Лиза.
– Красивое имя, мне нравится! – Марина улыбнулась. Из всех детей ей по-прежнему больше всего нравились младенцы. Непонятно было, что с этим делать: ведь как ни крути, а собственный ребенок все равно когда-нибудь вырастет!
Они шли и шли по заснеженному лесу, Илья толкал впереди себя коляску, обе малышки спали, и Левушка в рюкзаке тоже стал засыпать.
– Жалко, нету Джейн! – вздохнул Илья, когда они уже отошли достаточно далеко, так что даже их длиннющий зеленый забор перестал мелькать за деревьями.
Руслан, в начале прогулки носившийся вокруг них кругами и все норовивший лизнуть в лицо, до смешного напоминая Марине Фунтика, только гигантского и обросшего шерстью, бежал теперь ровно, чуть впереди, то и дело оступаясь с тропинки и по грудь проваливаясь в глубокий снег.
– Да, Джейн мне будет не хватать! – повторил Илья. – Забавно было с ней разговаривать. Вообще, интересная девчушка, верно? Обо всем думает, обо всем имеет свое мнение!
– А мне казалось, вы с ней не ладите, – призналась слегка удивленная Марина.
– Как я могу не ладить с ребенком? – возмутился Илья. – Ну что ты говоришь? Просто у Джейн, как я уже сказал, на все свои понятия. В частности, ей было не до конца ясно, что я делаю время от времени по ночам в комнате ее мамы.
