Луи повернулся и делано нахмурился:
— Тебе всё шутки шутить!
— Ты действительно прекрасен, — улыбнулся Олли и на секунду в его глазах блеснул зелёный огонёк. Принц обнял кролика и глубоко вдохнул его запах. — Не могу дождаться, когда смогу забраться тебе под юбки и…
— Тише, развратник, — смутился Луи, прижимая свою ладонь к бесстыдным губам принца.
— Ну почему нам нельзя жить в одних комнатах? Я бы мог любить тебя всю ночь. И даже дольше…
— Это ведь традиция, — зашептал кролик, прикусывая пухлую нижнюю губу.
— Наша свадьба уже завтра, — с придыханием произнёс тот. — Я с ума схожу от твоего запаха, так и хочется…
— Олли, совсем стыд потерял? Прекрати говорить мне эти пошлости, лучше покажи всё на деле завтра после нашей свадьбы, — подмигнул ему Луи и вырвался из объятий, быстрым шагом направившись в сторону дворца. Он обернулся почти у самых дверей: принц стоял всё на том же месте, сладко и мечтательно улыбаясь. На мгновенье его глаза снова засверкали зеленью.
— Вот ведь развратник, — покачал головой Луи, а у самого сердце стучало так, будто он пробежал много миль: впервые в жизни он был настолько счастлив.
***
Свадьба была пышной и яркой. Глен был непривычно немногословен и хмур, а король весел и немного пьян. Платье, в которое одели Луи, было необычного кроя, лёгкое и свободное. Он попросил портного сделать так, чтобы рукава были длинные и скрывали отсутствие правой руки. Конечно же, Оливер не видел своего жениха до самой церемонии, поэтому, когда двери в зал раскрылись и послышались восторженные охи и ахи, он и сам не смог сдержать вздоха восхищения.
Луи шёл к алтарю в платье нежного кремового цвета с длинными рукавами и подолом. Оно было из шёлка, поэтому каждое его движение было похоже на взмах крыльев бабочки. У самого низа юбка была расшита цветами светлых оттенков. Его волосы собрали в причёску, оставив несколько волнистых прядей, которые не скрывали красивую шею. Он был настолько прекрасен, что Олли забыл протянуть ему руку для того, чтобы тот поднялся на возвышение перед алтарём. Хорошо хоть дядя Кайл вовремя пихнул его локтем. Оливер был настолько ошеломлён красотой своего жениха, что на мгновенье позабыл все ритуальные слова и клятвы, которые заучивал чуть ли не целую неделю.
Сам же принц по традиции был одет в парадный мундир — чёрный, с боевыми орденами, серебряными пуговицами и знаками отличия на стоячем воротнике. Луи испытывал непонятный трепет перед Оливером, когда тот был в форме. Он сразу казался выше, сильнее. В груди у кролика сладко заныло, когда он поймал на себе полный желания взгляд жениха. Луи и мечтать не мог, что его когда-нибудь полюбит кто-то вроде Оливера — статный, красивый, королевских кровей. Это было похоже на сбывшуюся сказку. И, сказав долгожданное «да» своему любимому, Луи не смог сдержать слёз радости. По залу иногда гуляли завистливые шепотки и вздохи бывших фавориток принца, но опьянённые счастьем молодожёны совсем никого вокруг себя не замечали.
Оливер кое-как дождался момента, когда можно закрыться с мужем в их, теперь уже общей, спальне. Глаза вампира горели в полумраке, но кролика это не пугало — скорее ещё больше распаляло. Он уже с утра, по совету старшего брата, подготовил себя маслом и теперь хотел побыстрее расстаться со своей невинностью в объятиях мужа. Оливер упал на колени перед Луи и бесстыдно задрал тому юбки. А ведь у того даже бельё было из женского комплекта — кружевное и обтягивающее. Олли рыкнул, чуть приспустив очаровательные трусики Луи и вобрав себе в рот уже проявивший заинтересованность происходящим член. Кролик вскрикнул, выгибаясь и запуская пальцы в густые волосы принца.
— Олли, — шептал он, как в бреду, — меня ноги не держат… Перестань.
— Ни-за-что, — по слогам произнёс тот, любовно вылизывая головку.
Луи терпеть долго не смог и, испытав первый оргазм, чуть не рухнул на пол, но Оливер без труда подхватил его и устроил на кровати, медленно распуская шнуровку на платье. Соблазнительные плечи открылись, от чего у принца во рту накопилась слюна. Как же прекрасен был его кролик после оргазма: нежный, тёплый и покладистый. Но, когда он хотел стянуть платье полностью, бледная рука остановила его, сжимая кисть.
— Не смотри, — отчаянно прошептал Луи.
Оливер поцеловал его в лоб и всё-таки стянул платье. Кролик отвернулся, сдерживая слёзы. Но принц погладил локоть его правой руки и поцеловал там, где находился безобразный шрам. Что-то в его груди сжалось: красивая рука, которая должна быть здесь, находится в шкатулке глубоко под землёй — в королевской сокровищнице — там, где никто и никогда её не украдёт и не увидит. Как же больно было каждый раз, когда его прекрасный возлюбленный прятал покалеченную руку под длинными рукавами; как печален становился его взгляд, когда принц гладил его плечи, не опускаясь ниже.
