На первом этаже в холле журналистку дожидалась ее команда — уже знакомые мне люди из студии Штутгартской телебашни. Я показал зал и тут же возникла суета с установкой камер, осветительных приборов и прочего оборудования. Ленели, просмотрев все мои правки, теперь оценивала обстановку в зале. Распорядилась установить кресла на фоне рождественской ели. Я немного поколдовал, добавив неярких магических огоньков, которые бы не засвечивали камеры, распространяя золотистое волшебное сияние. С удовлетворением оглядев окружение, Ленели посмотрела на меня.
— Вы в этом будете, Ваше Величество?
— Предлагаете надеть что-то черное? — поинтересовался я с легкой насмешкой.
— Нет, светлый костюм и белая рубашка сейчас лучший вариант. И прошу, пожалуйста обойдитесь сегодня без солнечных очков!
— Да-да, чтобы все видели, куда я активно буду смотреть, — я опустил взгляд прямиком на разрез ее блузки.
Ленели на этот раз, впрочем, нисколько не смутилась и мы уселись в кресла. Между нами поставили небольшой столик, куда журналистка попросила для создания еще более уютной домашней атмосферы поставить чайник и чашки Майсенского фарфора. Ноткер мгновенно исполнил просьбу и вокруг нас расползся приятный аромат горного чая. Ленели невольно пригубила из чашки.
— Любимый чай Его Величества, я сам подбирал состав, — не без гордости заметил Ноткер.
— Хм, а можно мы потом поснимаем ваш замок, Ваше Величество, и его обитателей? Ноткера снимем обязательно! — Ленели осенило очередной журналисткой идеей. — Дополним интервью репортажами вставками — должно выйти отлично!
— Ага, еще на принадлежащую мне шахту загляните, где гномы работают, — заметил я я легкой усмешкой.
— Это, кстати, отличная идея! — заметила Ленели, не обратив внимания на мой скепсис.
Тут у моих ног улегся следовавший за мной грифон. Ленели стала подавать знаки оператору, чтобы тот и грифона тоже снимал. Потом повернулась с улыбкой ко мне, уже готовая работать.
— Мы постараемся сегодня всё отснять, Ваше Величество, завтра смонтируем и пустим в эфир.
— Только сначала мне покажете.
Мы разговаривали с Ленели больше часа, решив не делать перерывы. Несмотря на домашнюю, предпраздничную атмосферу, журналистка задавала большей частью весьма серьезные вопросы — про заговор, его последствие и решение о создании империи. Я отвечал, по возможности стараясь смягчить тон, где это было возможно, чтобы интервью вызвало у зрителей исключительно положительную реакцию. Когда мы закончили, я поручил Ноткеру сопровождать журналистку с оператором. Кобольд появился, уже переодевшись в накрахмаленную рубашку и щёгольский костюм-тройку с бабочкой. Я попрощавшись со съемочной группой, направился обратно к себе. За мной шел, не отставая, грифон. Он что-то мне проклекотал, но я уловил только вопросительные интонации. Я положил руку на шею, погладил.
— Вечером приедет Финбарр, переведет что вы мне говорите. Могу только догадываться, графиня, что вы спрашиваете о своих слугах. Не беспокойтесь, скоро их всех привезут к вам. Мы просто в цейтноте это отложили.
Графиня благодарна покивала головой — похоже, я угадал, что она спрашивала.
— Как всё прошло, Эгихард? — поинтересовалась Маделиф, когда я вернулся.
— Неплохо. Ленели решила еще поснимать в Хоэцоллерне — завтра всё смонтирует и привезет запись.
— Ты в курсе, что у тебя тут нет ни телевизора, ни прочей техники? — чуть ехидно заметила Маргарете.
— Да начерта она нужна? Понадобится — прогуляюсь к прислуге — у них наверняка найдется.
Маделиф невольно рассмеялась.
— Заведи подобную как в видеоархиве Хайдельбергской библиотеки, — заметила она. — Иногда всё же может пригодиться.
— Вот именно — иногда.
Я остановился у стола, просмотрел сделанные ими наброски и уже более расписанный план мероприятий. Потом взяв несколько чистых листов и ручку, я уселся у камина к кресле, принялся составлять список дел, которыми необходимо было заняться как до так и сразу после коронации. Судя по всему, отдыхать мне придется еще не скоро.
К вечеру приехали Финбарр, Карлфрид и Прегиль, доложили, что большую часть причастных к заговору чиновников и прочих удалось задержать и завтра они продолжат. Я, поблагодарив, отправил их отдыхать. Прегиль задержался.
— О чем-то еще хотите сообщить, Базилиус? — поинтересовался я.
— Скорее передать вам от всех нас просьбу. От глав Гильдий. Касается флага и герба империи…
— Да зачем ломать голову, когда у нас есть уже всё —нарисованное в том предсказании: знамена с белыми драконами и аналогичные гербы, — отозвался я с насмешкой, а Прегиль от моих слов чуть ли не позеленел.
— Ваше Величество, не шутите так, пожалуйста!
— Не беспокойтесь, попробую изобразить что-то отличающееся, раз вы все такие мнительные, — смилостивился я.
Но маг не уходил. Я чуть недоуменно приподнял бровь.
— Вы что, хотите чтобы я сейчас это сделал?
— Мы все были бы вам за это признательны, — отозвался Прегиль.
