- Вы когда-нибудь видели их со спины? - тихо вопросил я. - Я имею в виду, этих своих орденцев. Или Аннабель. Видели эти... отметины?
Аманда нахмурилась, давая понять, что ответом было "нет".
- Один человек поведал мне вчера вечером о важном наблюдении...
- Что? Какой человек? - она всплеснула руками. - Я ведь знала, что что-то произошло!..
- На их спинах появляются отметины. Чёрные разводы вдоль всего позвоночника, они начинаются снизу и постепенно поднимаются вверх...
Аманда, не дослушав меня, развернулась ко мне спиной и дёрнула шнуровку корсета.
- Смотрите.
Я, признаться, даже опешил от её неожиданного согласия и не сразу шагнул к ней.
- Ну же, мистер Сандерс. Если это происходит и со мной, то я хочу знать, насколько всё плохо. Зеркала здесь нет, так что...
Не знаю, почему меня так удивила её реакция. Наверное, от благородной девицы я ожидал кучи ханжеских упрёков и обвинений в покушении на её невинное тело; Аманда же, осознав ситуацию, отнеслась к ней настолько хладнокровно и рассудительно, что я и впрямь не знал, что сказать.
Хорошо, что говорить в тот миг мне было и не нужно. Я сделал шаг к девушке и коснулся шнуровки; спустя полминуты внешний корсет был побеждён, и я, затаив дыхание, отвернул плотную ткань наружу.
Тонкие линии шеи и плеч, выступающие над сорочкой крылья лопаток. Кожа была нежной и бархатистой, без следа какой-либо черноты.
- Что там? - тихо спросила Аманда, и я ощутил напряжение, сквозившее в её голосе. Не только в голосе, впрочем: всё тело её буквально натянулось струной.
- Пока ничего, - прошептал я и потянул шнуровку нижнего корсета. - Позволите взглянуть дальше?
- Да, - натянуто выговорила она.
Я ощутил, как она дрожит, стараясь стоять недвижимо под моим прикосновением. Ещё один корсет, под ним - сорочка на совсем тоненьких завязках, в которых мои пальцы принялись путаться, будто у юнца в первый раз. Впрочем, стоит признаться, женщин я давненько не раздевал и по более подходящим поводам... Мысленно чертыхнувшись, я постарался отмести излишние сейчас фантазии, однако вопреки велениям разума, по телу принялась распространяться дурманяще горячая волна.
Аманда стояла, прижимая руки к груди и придерживая платье, которое теперь больше ничем не удерживалось сзади. Такая доверчивая и оттого ещё более беззащитная, она стояла передо мной, слегка повернув голову и ожидая моих слов, будто приговора, а я, наконец расправившись с последней преградой, отделявшей меня от её обнажённой кожи, замер, не в силах выдавить из себя ни звука.
Такие маленькие, тонко очерченные лопатки. Такая притягательно красивая вогнутая линия позвоночника. Такая восхитительно нежная кожа, что нестерпимо хочется проверить, в самом ли деле она настолько мягкая, как кажется. Просто провести пальцами...
- Мистер Сандерс?..
Её шёпот кружит голову и заставляет дрожать, едва не теряя контроль.
- Сейчас.
Я опускаюсь на колени, чтобы лучше разглядеть поясницу, хотя мне и так уже ясно: её кожа чиста, словно первый снег. Не нужно было делать этого, понимаю спустя мгновение. Так близко хочется не просто дотронуться - хочется поцеловать её, ощутить её вкус...
Я прикасаюсь пальцем и легко провожу им вдоль позвоночника, сверху вниз. Аманда резко втягивает носом воздух.
- Мистер Сандерс?.. - её голос звучит напряжённо и немного напуганно. - Что там?..
- Ничего, - я убираю руку и резко поднимаюсь, наконец справляясь с наваждением. - Там нет ничего, Аманда. Вы чисты.
...В себя я приходил медленно, помогая Аманде зашнуровывать обратно все слои укрывавшей её ткани. Хорошо, что в это время она не видела моего лица, отражавшего, не сомневаюсь, лишь откровенное и полное смятение, в котором я пребывал.
Такая чистая. Такая хрупкая. Такая невинная.
Я зашнуровал её платье и отступил на шаг, не говоря ни слова. Аманда обернулась ко мне и внимательно вгляделась в лицо.
- Вы ведь солгали мне, верно?..
- Что?.. - я постарался придать голосу беспечности, но вышло, кажется, неубедительно.
- Что вы увидели там? Насколько всё плохо? Скажите же мне.
- Аманда, там ничего нет. Ни пятнышка.
- Тогда почему же вы... - она нахмурилась и качнула головой, но, к моему сожалению, всё-таки осмелилась закончить: - Почему вели себя так странно?
Странно... разве это так странно - желать женщину, когда раздеваешь её?.. Когда в действительности видишь ещё совсем немногое, но воображение уже рисует перед тобой её восхитительное полуобнаженное тело?..
- Не понимаю, о чём вы, - неуклюже бросил я единственное, что пришло на ум, и торопливо направился к выходу. - Отдыхайте, мисс Кейтон. Я вернусь через пару часов.
Я уже был у двери, когда она тихо окликнула меня:
- Мистер Сандерс.
Я вздрогнул. Обернулся.
- Да?..
- Поклянитесь, что не солгали мне.
Она смотрела на меня с недетской серьёзностью и ощутимым страхом. А я сознавал, что плавлюсь под этим её взглядом, будто свечка, брошенная в огонь. Ну не мог же я, в самом деле, признаться ей, что помешался рассудком от неожиданного осознания её женственной притягательности, при этом не узрев ничего откровеннее узкой полоски её шелковистой кожи?..
