Я надел обратно рубашку и обернулся. Дадлоу ещё несколько мгновений с сомнением глядел на меня, потом опустил револьвер и тяжело рухнул в кресло.
- Расскажите мне, что произошло. Я хочу знать, как погиб мой... этот человек.
- Ваш брат? - сочувственно закончил за него я, опускаясь напротив, а Дадлоу вдруг резко поднял глаза, и лицо его дрогнуло.
- Мой сын, - глухо произнёс он.
Я удивлённо поднял брови, потом невольно снова взглянул на снимок. Жертве на вид было не меньше сорока; самому же Дадлоу едва ли перевалило за сорок пять.
- Не верится, да? - горько усмехнулся мой собеседник. - Ему было девятнадцать. Всего каких-то четыре месяца назад он был юным, бесшабашным и таким красивым...
- Как такое возможно?.. - тихо пробормотал я, и Дадлоу поднял на меня отчаянный взор.
- Я надеялся, что вы расскажете мне. Честно говоря, я ожидал, что вы окажетесь одним из них, потому что иначе я не представлял себе, как вы могли бы одолеть его, совладать с его... способностями.
- Логичный довод, - поспешил согласиться я. - А почему вообще вы подозревали меня?
- Эта странная девушка, которая явилась в управление и забрала труп Дэйва прямо со стола нашего патологоанатома, сказала мне, чтобы я не закрывал дело и указала на вас как на преступника.
- Так вы детектив? - невольно вырвалось у меня.
Дадлоу лишь кивнул и продолжил:
- Она сказала, будто видела, как вы столкнули его. Я поверил ей - боль за сына сделала меня готовым принять любую версию, лишь бы найти виноватого. Но теперь... Она ведь тоже настойчиво расспрашивала меня, нашли ли только одно тело и хорошо ли обыскали скалы вокруг. Она не уточняла, кого ещё мы должны были там обнаружить, и, разумеется, не отвечала на вопросы о том, что сама делала на месте преступления... с такой свитой, какая сопровождала её, знаете ли, никто не решился бы проявлять настойчивость в расспросах.
- Понимаю, - участливо кивнул я, хотя в самом деле понимал немного.
Аннабель указала на меня как на преступника??.. Чёрт побери, зачем?.. Да и как вообще она могла узнать, что я был там - ведь я совершенно уверен, что она не видела меня ни разу?..
- Она настойчиво рекомендовала мне арестовать вас, как только вы объявитесь, даже сообщила мне ваш адрес, - продолжил между тем Дадлоу. - Не знаю уж, чем вы ей так насолили.
Если бы я сам понимал, подумалось мне. Аннабель не могла знать, что я был в ту ночь на маяке, и тем не менее она дала наводку городскому детективу с тем, чтобы меня задержали и...
Задержали.
Догадка озарила меня столь резко, что я подскочил в кресле, заставляя Дадлоу нервно наставить на меня револьвер.
- Не нужно, детектив, - повёл ладонью я. - Мне только необходимо проверить кое-что...
С этим я устремился в холл, прихватывая с собой единственную зажжённую лампу.
- Что вы ищете? - спросил Дадлоу, наблюдая, как я лихорадочно шарю руками по захламлённой поверхности придверного комода.
- Записку, - отозвался я, сгибаясь и осматривая пол вокруг.
Но "предсмертная" записка Аманды, которую я - точно помню - бросил на комод, перед тем как схватить пальто и устремиться на маяк, просто канула в неизвестность. А вернее сказать, в руки одной очень хорошо знакомой мне блондинки.
Значит, Аннабель подумала, будто я мог отправиться на поиски вместе с Акко. Что я могу знать что-нибудь... И попробовала задержать меня, чтобы я не добрался до места первым.
- Что вы вообще знаете об этой организации? - вновь подал голос Дадлоу, замечая, что я застыл, как изваяние. - Что они делают там с людьми? Что они сделали с моим сыном?
- Они отдали его демону, - отозвался я в задумчивости, но меня вывел из ступора ошеломлённый возглас детектива:
- Что??!..
Я обернулся и взглянул в растерянные глаза.
- Простите, мне жаль, что это произошло именно с вашим близким.
- Что значит, отдали демону?! Хотите сказать, они там приносят в жертву людей?!
- Можно считать и так. Они проводят специальный ритуал, после которого человек перестаёт быть самим собой. Он умирает, потом вновь возрождается к жизни, но уже лишённый собственной души, место которой занимает демон. Из-за этого они начинают так быстро стареть, странно двигаться и общаться... Вы ведь наблюдали всё это, не так ли?.. Это нечеловеческое шипение, невероятную скорость...
- Да, - подавленно кивнул Дадлоу, прислоняясь к стене. - Да...
Мне внезапно стало жаль его.
До сих пор орденские марионетки казались мне безликими, неживыми, будто и впрямь были всего лишь куклами, одинаковыми взаимозаменяемыми пешками на шахматной доске. Но теперь я смотрел на Дадлоу - этого неплохого, наверное, человека из правильного, обыкновенного мира - я смотрел на него и понимал, что каждая иссохшаяся марионетка в сером балахоне ещё совсем недавно была живым существом. Молодым, сильным, весёлым парнем или девчонкой, с мечтами, с будущим и с целой жизнью впереди.
А потом, всего через несколько месяцев, всё, что оставалось от этой светлой, беспечной жизни - убитые горем близкие да серый труп с ввалившимися рёбрами и обезображенной чёрными отметинами спиной.
