Даже не потрудившись как следует осмотреться, бросив чемодан под кровать, девушка переоделась в любимую ночную рубашку, дарящую мимолетное ощущение привычного и родного. Опустившись на колени перед кроватью с шелковым балдахином, принялась молиться за упокой несчастной Люсьен, крепко сжимая пальцы. А после, лелея в душе скорбь, задула разом все плачущие свечи на напольном канделябре, погрузив комнату в непроглядную тьму.
Тусклый утренний свет неприветливо щекотал смеженные веки, заглядывая в единственное брамантово окно, как бы напоминая любителям понежиться в кровати подольше не забывать задергивать плотные шторы. Благо Элайн Мелтон была не из таких. Привыкшая к ранним подъемам, она медленно вынырнула из сна, чувствуя себя недостаточно отдохнувшей.
Сморгнув остатки дремы, она на миг задумалась о своем местонахождении, пока воспоминания о ночном прибытии в поместье окончательно не укрепились в сознании, став явью. Сев в постели, пригладив растрепанные волосы, молодая ведьма оглядела комнату, в которой было все, что необходимо, и даже больше, для юной барышни. Особенно обрадовало наличие ванной комнаты – не хотелось в чужом доме бегать по коридору в ночной рубашке с полотенцем на плече и щеткой в руках и быть застигнутой врасплох, сгорая от стыда. Тщательно расчесывая черные пряди перед туалетным столиком, Элайн вздрогнула, когда прислуга без стука отворила двери и, широко улыбаясь, провозгласила:
– Мисс Мелтон, завтрак будет подан через пять минут. Вниз по лестнице, вторая дверь справа.
– Благодарю, сейчас спущусь.
Положив пальцы на грудь в попытке унять бешено бьющееся сердце, девушка смотрела в зеркало на удаляющуюся фигуру экономки, размышляя, сколь долго предстоит привыкать к подобному образу жизни. Ей не хватало их маленького уютного дома с характером, шуршания камина, пронзительного свиста громоздкого чайника, готового в любой момент утешить особенными напитками с присущей лишь ему заботой.
Элайн понятия не имела, будет стол накрыт только для нее и тетушек или же хозяева замка присоединятся к трапезе, попивая из бокалов с тонкими ножками кровь своих врагов, недвусмысленно намекая не становиться таковыми, в попытках сокрыть улики с места преступления. Перед глазами встал образ нахального Матэуша Де Кольбера, изящными пальцами сжимающего стебель сосуда, приглашая присоединиться к распитию густого красного напитка.
Бросило в жар так, что Элайн чуть было не поскользнулась на лестнице, что явно ускорило бы спуск посредством пересчета ступеней пятой точкой и вероятность сломать шею, правда, едва ли столь досадное недоразумение оправдывало ее внезапно появившийся интерес к вампиру. Случайной ли была разгоревшаяся из ничего симпатия к мужчине или все дело в вампирских чарах, которые он сам наложил, вероятно, бездумно, как привык делать всегда, когда было нужно расположить к себе гостя? Поддались ли коварным способностям тетушки, тщательно скрывая это, ведь не может же быть, что чары направлены исключительно на Элайн. Это действительно, как он ранее упоминал, было бы глупейшим поступком с его стороны.
Удерживаясь за перила, ведьма намеревалась думать о чем-то менее волнующем и чертыхнулась про себя, вспомнив, что перед выходом не проверила бутылек с кровью Люсьен Маранси, но решила сделать это сразу после завтрака.
В столовой Элайн встретили уже сидящие за длинным столом из красного дерева тетушки и носящаяся с подносами экономка. Запахи свежей сдобы перемежались с ароматами запеченного мяса, сливочного масла с розмарином и чесноком, фруктов, аккуратно выложенных на овальное серебряное блюдо. Только сейчас гости в полной мере ощутили, насколько были голодны, однако самих хозяев в комнате не оказалось, а значит, приступить к завтраку пока не представлялось возможным.
– Как спалось на новом месте, дитя?
Джиневра встала из-за стола, подошла к Элайн и погладила племянницу по плечу.
– Уже скучаю по дому.
– О-о, прекрасно тебя понимаю, милая. Надеюсь, скоро опасность минует, и мы вернемся домой, – отозвалась Миша, поправляя крепко скрученные за ушами волосы.
– Как думаете, если станут известны другие детали преступления, нам об этом расскажут?
Элайн взяла под руку стоящую рядом Джи, и они подошли к окну, чтобы поближе рассмотреть открывающиеся виды. Столовая находилась в задней части замка, так что кроме простирающихся на множество миль голых полей, завершающихся вдалеке пиками гор, смотреть было не на что.
– Марцель Орош явно дал нам понять, что убийство напрямую касается вампирских кланов, совершенно обоснованно будет не разглашать подробности никому, за исключением тех моментов, которые Иштвану Де Кольберу придется огласить прессе. Ни больше ни меньше.
Элайн не успела ничего на это ответить, как двойные двери распахнулись, и в столовую вошла чета вампиров, сопровождаемая их сыном.
– Доброе утро, дамы. Простите за задержку. Пожалуйста, присаживайтесь.
