— Будьте проще в своей речи. Оставьте любезности напыщенным феодалам, далеким от битв и проблем простых людей. Когда вы так слащаво обращаетесь ко мне, у меня в голове возникает только два сценария. На роль невесты старая вдова из глубинки вам не по статусу. Потому второй логичнее. Мной хотят воспользоваться.
— Прошу прощения, я лишь хотел быть вежливым... — почему-то в моей голове на мгновение мелькнул образ беловолосого алкоголика с медальоном в форме волчьей головы на груди.
В ответ на это Кизото толкнула меня локтем в ребра, при том весьма больно. Я даже согнулся от удара. Не зря в ролевых играх я редко приходил к хорошей концовке. Но моя собеседница таки улыбнулась.
— Ты забавный. Да и на наследника древнего рода не походишь. Столько манерности в отношении простого люда. Не монах, те путешествуют только в одиночку...
Когда Кизото перешла на "ты", во мне что-то сперва шевельнулось. наверное подсознательная аристократическая спесь. Но я почувствовал, что женщина имеет право на такое обращение, как старшая.
Я заметил, что идем мы не в направлении дома старосты. Женщина вела меня к сеновалу, где мы спали в первую ночь. Именно там меня окончательно изобличили...
— Ты беглец. Вы не банкроты, что в край отчаялись. Доспехи в доме не дадут соврать. Но если ты беглец, почему показал силу? — Кизото открыла дверь и зашла внутрь, позвав меня жестом.
Я зашел за ней молча. С одной стороны, мне было страшно, ведь женщина не казалась той милой тетушкой, какой мы видели её ранее. От неё скорее ощущался богатый опыт... О содержании которого посторонним не следовало бы знать.
— Так чего вы хотите от меня? — Я решил собрать в себе хотя бы остатки уверенности, чтобы не ударить в грязь лицом перед Ризадо и самим собой.
— Я уже сказала тебе, — та склонилась над сеном и резким движением руки выдернула из-под него небольшой ящик.
— Тогда я согласен, — мой ответ заставил ту улыбнуться вновь.
Женщина отворила ящик, и я ощутил тонкую, но мощную волну от того, что было внутри. Она достала налобную повязку белого цвета с алым цветком и нефритовую табличку. Под ними же лежала аккуратно сложенная одежда.
— Думаю, копье ты уже видел. Оно тоже мое... Лучше бы нам присесть, пусть кроме сена здесь ничего и нет. История обещается долгая.
Что-то во мне в этот момент решило поступить против привычной логики. Я огляделся, отошел в сторону наших лежанок, взял одеяло и принёс его Кизото.
— Вы беспокоились о здоровье. Не хочу, чтобы после нашей беседы у вас были проблемы, — я протянул ей ткань.
— Ты внимательнее, чем кажешься. Будешь хорошим слушателем...
Мы сели на сено, постелив на него что-то, что попало под руку. После Кизото начала рассказ.
— Меня зовут Кизото Сора. За мою жизнь, чуть более долгую, чем кажется по внешности, мне довелось повидать немало радости, но и не меньше горя. Видишь ли, тяжело быть женщиной в нашем мире... Я родилась от служанки феодала. Она не была даже наложницей, и её должны были казнить, но из жалости отец просто выставил нас за порог. Но мать не отчаялась, и решила вернуться к семье. Правда, через несколько лет нас выставили и оттуда, ведь мать не могла выйти замуж из-за меня, а следовательно, не могла быть полезна семье. Мне было около шести лет, и мать четко дала мне понять, что есть бытие женщины. Я своими глазами видела, как та лишь терпела и слушала приказы и унижения... Но после всегда возвращалась с улыбкой. Её воля помогала мне в течение всей жизни... В возрасте восьми лет я следовала за матерью по грязи в каких-то горах. Мы шли очень долго. Помню как вчера. Большие ворота... Девушка, стоящая над ними... Церемония... Я тогда не много понимала. Мать сказала, что здесь обо мне позаботятся. В общем меня отдали в женскую школу Ликорис. Нас учили боевому искусству. Было больно. Трудно. Иногда невыносимо. Но я обзавелась друзьями, что помогали пройти через трудности...
