— На следующий день после убийства Руди и девушки газета «Ла-Тард» опубликовала статью об их смерти. Фотография Руди была на первой странице. Ночной охранник вокзала на Плаца Уругвай пришел в полицию и сказал, что видел мужчину, похожего на Руди, который заходил на станцию с заднего двора рано утром в день убийства — часа в три утра. Но он не уверен, что это был Руди. Он тогда очень устал, так как дежурил двенадцать часов подряд. — Санчес пожал плечами. — Может быть, Руди был на станции, а может быть, и нет. Возможно, он собирался уехать из Асунсьона и забрать с собой девушку, если считал, что здесь оставаться опасно. Но билетные кассы были еще закрыты. А возможно и такое, что, если это действительно был Руди, ему хотелось подумать, и он пошел прогуляться и подышать свежим воздухом. — Санчес взглянул на Фолькманна. — Конечно, отчет, присланный вашими людьми, все меняет, если учитывать, что Руди действительно писал статью. Кроме того, есть еще два важных пункта. — Толстяк-детектив погасил сигарету в треснувшей стеклянной пепельнице на столе. — Во-первых, у Руди не обнаружили его журналистского удостоверения. И бумажника. Однако у него оставалось еще достаточно денег в кармане брюк. Немного. Но достаточно. Да и золотое кольцо и часы у него не забрали.
Фолькманн отхлебнул горьковатого мате и посмотрел на детектива.
— Вы хотите сказать, что те, кто убил Эрнандеса и девушку, не собирались их ограбить.
— Si. Думаю, мы можем отбросить версию обычного неудавшегося ограбления. К тому же девушку не изнасиловали. Нужно отмести все лишние мотивы. Итак, я считаю, что, с учетом данных вашего отчета, Руди и девушку, вероятно, убили по другим причинам. Грабитель забрал бы все деньги, золотое кольцо и часы, если ему не помешали. Эту версию я отбрасываю. Никто ничего не слышал, и тела обнаружили только в семь утра. Кроме того, следует учитывать то, как были совершены убийства. Это не обычные убийства. Чтобы убить человека вот так, настолько жестоко, вспоров ему живот ножом, нужно быть немного безумным. Понимаете, о чем я? Поэтому я не думаю, что мотивом было ограбление. Их просто собирались убить. Кроме того, есть еще одна зацепка. Руди занял у одного своего знакомого оборудование. Этого человека зовут Торрес, он работает техником в компании, производящей электронные устройства. Когда Руди не вернул ему оборудование, тот пришел в редакцию газеты, и там ему сказали о том, что Руди убит. Тогда он пришел к нам.
Девушка подалась еще немного вперед, а Фолькманн спросил:
— А что это за оборудование?
Затянувшись, Санчес медленно выпустил дым.
— Это специальное электронное оборудование, которое позволяет прослушивать и записывать речь на большом расстоянии. Оборудование было японским и очень дорогим — крошечный микрофон-передатчик и высокочастотный приемник. Вы наверняка слышали о таком оборудовании, сеньор. Руди взял его за два дня до убийства. Мы допросили Торреса. Он сообщил нам, что спрашивал у Руди, зачем тому оборудование. Тот сказал — для trabajo clandestino… тайной операции.
Санчес взглянул на девушку, чтобы удостовериться, правильно ли он выразился. Судя по всему, она его поняла. Он посмотрел на Фолькманна, и гринго спросил:
— Руди больше ничего не сказал Торресу?
— Ничего. Он не сказал ему ни куда он идет, ни зачем ему оборудование. Сказал только, что вернет его в целости и сохранности через день. Оборудование мы не нашли. Его не было ни в доме девушки, ни в машине Руди, ни в его квартире. Возможно, оно осталось там, где Руди им пользовался, если он им вообще пользовался. А может быть, оно сейчас у тех, кто убил его и девушку. Или же они его уничтожили. — Санчес, помолчав, посмотрел на Фолькманна и мягко сказал: — Я думаю, что Руди использовал оборудование за сутки до того, как его убили. — Санчес постучал пальцем по папке, лежащей на столе. — Это отчет, который прислали ваши сотрудники… Ну, насчет людей, на которых работал Родригес, занимаясь контрабандой… Возможно, Руди считал, что сможет записать их разговор, получить больше информации, чтобы закончить статью. Но эти люди… они нашли его. И убили. И девушку тоже. Может быть, она как-то помогала Руди или просто была свидетелем происшедшего. Но это только моя… моя teor'ia… мое предположение. Но что-то тут не сходится, вы понимаете?
Кивнув, Фолькманн спросил:
— А что вы можете рассказать о Родригесе?
— Норберто Родригес был контрабандистом. Его тело было обнаружено в городе две недели назад. Наши судмедэксперты утверждают, что его сбила машина. Машина уехала, не остановившись. Свидетелей не было. Мы думали, что это несчастный случай, о котором не сообщили — может быть, это был пьяный водитель. Или какой-нибудь преступник. Наши информаторы знают, о чем сплетничают в любом притоне. Однако про Родригеса они ничего не выяснили. Судя по вашему отчету, вполне вероятна и другая причина его смерти. Эти люди, на которых он работал… возможно, они убили его.
— А чем занимался Родригес?
