— Не могу сказать, что это моя заслуга. Это всё Аманда, — Мэтт обхватил рукой свою девушку. — Все знают, что никто не может отказать моей девочке, — он выгнул шею и посмотрел на меня. — Я пытался, когда она начала преследовать меня. Но она была неумолима.
— Бедный ребёнок, — она надула губы. — Несчастная жертва.
Он засмеялся, поцеловал её в висок и ещё крепче прижал к себе.
— Но очень довольная жертва, — промурлыкал он ей на ухо.
— Эти двое такие милые, что даже раздражают, — произнесла Сиенна мягким голосом, в котором не было зависти. Только искренняя симпатия.
— Когда ты переехала в Боулдер? — спросила я её.
— В старших классах.
— А откуда?
— Тусон.
— Тебе здесь нравится?
Она пожала плечом, покрытым веснушками.
— Первая партия за мой счёт, — Мэтт пошёл к барной стойке, которая пестрела липкими круглыми пятнами.
Помешанный на чистоте человек внутри меня съежился. Разве сложно протереть барную стойку?
— Какую отраву будешь пить, Волчонок?
— «Сэм Адамс».
— Сейчас принесут.
Меня подмывало последовать за ним к барной стойке. Мне казалось странным просто стоять рядом с бильярдным столом, особенно после того, как Сиенна и Аманда подлетели к Тарин и Тамаре. Я посмотрела на Лиама, который наконец-то ударил по шару — точнее промазал. Кончик его кия прошёлся по краю шара, и тот завертелся, но не задел другие шары.
— Нервничаешь, когда на тебя смотрят, Колейн? — глаза Лукаса удовлетворённо сверкнули, а Лиам нахмурился.
Он выпрямился и изучающе посмотрел на шар, словно тот был живым и оскорбил его.
Коул усмехнулся, и начал прицеливаться. Он ударил в восьмой шар и забил его в лузу.
Когда он наклонился, чтобы совершить очередной удар, я спросила:
— Разве это по правилам?
Я не была знатоком пула, но я была практически уверена в том, что чёрный шар забивался последним.
— Мы играем в «головореза», — сказал Лиам, натирая мелом кончик своего кия.
— И как в него играют?
Не сводя глаз со стола, он объяснил правила: каждый игрок имеет группу своих шаров и должен забить шары противника. Подошёл Мэтт и протянул мне запотевшую бутылку пива.
— Спасибо.
Я сделала глоток и почувствовала, как пиво потекло в мой пустой желудок. Мне надо было поесть. И, явно, до того, как пить пиво.
— Мне надо что-то поесть, — сказала я, не обращаясь ни к кому конкретно, и предложила купить остальным еды.
Я молилась, чтобы никто ничего не попросил, иначе моему банковскому счёту был бы нанесён серьёзный урон.
После того, как все ответили, что ничего пока не хотят, я подошла к бару и села на стул. Потом я взяла заламинированное меню, которое оказалось таким же липким, как и барная стойка, и заказала начос с сыром и беконом, после чего развернулась на стуле и стала наблюдать за игрой. Я снова задалась вопросом, что заставило меня прийти сюда сегодня. Я вздохнула, а потом опять развернулась к бару и достала телефон из сумки.
Август ответил мне.
«Рад, что ты в порядке. Слышал, у Мэтта ты теперь тоже самая любимая девочка».
Я улыбнулась.
«Нет. Только твоя. У него есть Аманда».
И только отправив сообщение, я осознала, что это очень походило на флирт. Я запустила руку в волосы, которые уже полностью высохли.
Август прислал мне смайлик.
Это был не первый раз, когда я хотела, чтобы он был рядом, а не где-то за океаном. От этой мысли меня тут же наполнило чувством вины, которое заставило меня взглянуть на Сиенну. Она смеялась, слушая историю, которую рассказывал ей Коул. Я внимательно понаблюдала за ней, проанализировав язык её тела. Её глаза слегка блестели, когда она смотрела на гиганта-блондина с короткой стрижкой. Может быть, её глаза всегда блестели? А, может быть, она уже оправилась после расставания с Августом?
Я снова опустила глаза на экран и написала:
«Ты бы мной гордился. Я в баре «У Трэйси» со стаей. Пытаюсь социализироваться».
Несколько секунд спустя:
«Надеюсь, они ведут себя хорошо».
«Никто пока не обзывал меня».
«Если кто-то это сделает, расскажешь мне, хорошо?»
«Со мной всё будет в порядке. Сосредоточься на том, чтобы выжить. Кстати, я тут подумала… а нас так же легко убить, как людей?»
«Не понял твоего вопроса».
Я сделала глоток пива, потом поставила бутылку на место и написала:
«Мы можем умереть как-то ещё, кроме как утонуть или отравиться серебром?»
На экране появились точки. А затем:
«Серебро, огонь или удушение. А что? Планируешь убить Лукаса?»
Я расплылась в улыбке.
