– Нелепо, – заявил Стоукс, но в его голосе уже не было прежней уверенности.
– Вам нужно было, чтобы трагедия на «Темном ангеле» стала публичным скандалом, иначе эти контракты были бы бесполезны. Если бы я не вернулся в Дептфорд, вы, несомненно, нашли бы какой-то другой способ. Но вам это не потребовалось, потому что я и сам собирался предать дело огласке.
Я видел в новом свете многие события, которые раньше казались мне загадочными.
– Вы не могли показать, что работаете против Вест-Индского лобби, но именно это вы и делали. Я считал вас своим врагом, но все время вы были моим тайным союзником. Вы демонстрировали враждебность и на публике, и при личном общении. Вы заставили Манди выгнать меня из его дома. Вы отправили тех людей в мой номер, чтобы они избили меня, и, я полагаю, сообщили об этом Вест-Индскому лобби, изображая их верного слугу. И все же вы приказали Чайлду присматривать за мной и следить, чтобы меня не убили. Вы не сразу сообщили Манди, кто я на самом деле, чтобы я мог продвинуться вперед в своем расследовании, и вы дважды задерживались с сообщением Напье Смиту о моем появлении в Дептфорде. Вы также приказали Сципиону помогать мне. И он помогал, о чем вам наверняка приятно будет узнать.
Стоукс протянул руку к макету, чтобы поправить упавшую модель невольничьего корабля, и аккуратно поставил его на якорь на гипсовые волны.
– Видите ли, если бы я нашел убийцу и его привлекли бы к ответственности, то инвесторы, вложившие деньги в тот рейс, богатые и влиятельные люди, отчаянно захотели бы, чтобы их фамилии не звучали в связи с этим делом. Единственное средство для этого было бы в ваших руках. Какую цену вы запросили бы за возврат этих контрактов? – Мой взгляд упал на макет причала. – Нетрудно догадаться. Если я объясню все это Напье Смиту, то, думаю, он согласится с моими доводами.
В комнате стало тихо, только тикали часы.
– Или мы можем и дальше оставаться тайными союзниками. Вы отдаете мне эти контракты в обмен на мое молчание. Это имеет смысл, если подумать. Вы были готовы рискнуть и поставить будущее своей торговли против будущего своего города. Ваши личные интересы против интересов других торговцев. Я лично выяснил, что мистер Смит не прощает тех, кто идет против него. Так мы оба сможем защитить себя.
Риск и награда. Вот к чему все это свелось в конечном счете. Стоукс не выказал никаких эмоций. Он провел рукой по густым напудренным волосам, затем подошел к бюро из красного дерева, стоявшему между двумя окнами, и отпер его ключом, который достал из кармана. Он вернулся ко мне с пачкой бумаг.
Я просмотрел их. Семь контрактов, каждый был подписан Манди и одним из членов синдиката. Герцог, пять гостей его особняка на Пикадилли и седьмой – Николас Кэвилл-Лоренс.
– Они ошибаются, – сказал Стоукс. – Вест-Индское лобби – это сборище старух, и так было всегда. Скандал будет, но недолгий. Люди вскоре обо всем забудут. Они не станут тратить свою жалость на утонувших негров, да еще и на расстоянии половины земного шара от них самих. В конце концов, важны только фунты стерлингов, шиллинги и пенсы. Цена на табак, цена на сахар. Ничего больше.
Я засунул контракты во внутренний карман мундира и в последний раз задумчиво посмотрел на Стоукса.
– Нет, – покачал головой я. – Они правы, а вы ошибаетесь.
Я оставил Зефира на постоялом дворе на Дептфордском Бродвее, затем пешком отправился на Стрэнд. Какое-то время я стоял на причале, наблюдая за черными тучами, нависшими над водой. Воздух был тяжелым, я почувствовал прикосновения первых капель дождя. «Темный ангел» стоял в Дептфорд-Рич, суровый взгляд крылатой женщины был устремлен на Дептфорд. Я снова отправлюсь к ней позднее, после наступления темноты.
Я нанял еще одну лодку на той же лодочной станции, где уже бывал. Затем отправился на прогулку по набережной, подняв воротник от дождя. Небо содрогнулось от далеких раскатов грома.
На верфях было тише обычного из-за дождя, только портовые грузчики трудились в полном составе. Опустив головы, они загружали и разгружали корабли. Я добрался до склада, куда Натаниель водил меня ночью, пытаясь не вспоминать ни его обнаженное тело, ни его ложь.
Я дернул дверь склада и понял, что она надежно заперта. Из того, что говорил мне Натаниель, я знал, что днем там никого нет. Проходивший мимо грузчик посмотрел на меня с подозрением, и я решил не идти этим путем. Я обошел склад в поисках еще одного входа.
В переулке позади склада нашлась еще одна дверь, тоже запертая. Я склонился над замком и достал из кармана небольшой сверток. Его дал мне Сизар Джон, а его люди почти час обучали меня пользоваться инструментами внутри свертка.
Вскрывать замок под руководством наставников, в теплом и безопасном доме предварительного заключения – совсем не то же самое, что здесь, на открытом воздухе. Замок был старым и ржавым, и мне пришлось сильно постараться. Капли дождя стекали по моему лицу, пальцы замерзли. Примерно через пятнадцать минут, в течение которых я попробовал отмычки разного размера, я услышал щелчок, и когда толкнул дверь, она открылась.
