Я шел пешком назад в Гринвич, погрузившись глубоко в свои мысли. Так глубоко, что чуть не попал под повозку пивовара. Возница сам ехал слишком быстро, но это не остановило его от шквала крепких словечек в мой адрес.
Если бы не этот инцидент, вернувший меня к действительности, я мог бы его не заметить. Я замер и уставился на него, игнорируя поток ругательств. По противоположной стороне улицы шел высокий мускулистый мужчина. На нем было сизовато-серое пальто и перчатки, шляпу он надвинул низко на лоб. Издалека можно было и не понять, что он чернокожий.
Сципион. Ничего удивительного, хотя я вспомнил, что вчера вечером, перед тем как мы расстались, он сказал, что сегодня отправится в Лондон по делам Стоукса. Он заявил, что уедет сегодня в шесть утра и не вернется до завтра. Мы договорились снова встретиться завтра днем. Вероятно, его планы изменились, но что-то в его походке – он шел быстрым шагом, с опущенной головой – подсказывало, что он не хочет, чтобы его заметили и запомнили. Заинтригованный, я решил последовать за ним.
Он перешел дорогу у церкви и пошел в направлении военно-морского госпиталя. Я держался примерно в двадцати шагах позади него. Мы дошли до небольшого ряда магазинов, и он нырнул в кофейню. Заведение было совсем маленьким, и я не мог последовать за ним внутрь и остаться незамеченным.
Я остался снаружи, наблюдая за происходящим в кофейне сквозь окно. Сципион кого-то поприветствовал и уселся за столик к другому джентльмену. Внутри было сумрачно, и я не мог рассмотреть лицо второго мужчины. Они беседовали минут пять, потом Сципион встал и ушел. Я нырнул за прилавок магазина с чернилами. Сципион пошел в направлении реки, и я оказался перед дилеммой. Последовать за Сципионом или подождать и посмотреть, с кем он встречался? Я выбрал второй вариант.
Джентльмен допил кофе и тоже направился к выходу. Он перешел дорогу к ожидавшей его большой черной карете. Я смотрел, как она трогается и едет к платному мосту и дороге в сторону Лондона, в совершенном замешательстве и полный сомнений. Как я ни старался, я все же не мог придумать разумное объяснение тайной встречи Сципиона с моим покровителем,
Сципион и Николас Кэвилл-Лоренс. Я размышлял о них весь вечер, сидя в обеденном зале постоялого двора на Дептфордском Бродвее. Сципион ведет двойную игру против своего хозяина и служит Кэвилл-Лоренсу? Я всегда подозревал, что Кэвилл-Лоренс преследует свои собственные интересы, отличные от интересов Вест-Индского лобби. Или Сципион ведет двойную игру против меня, побуждая поглубже запутаться в этом деле, и докладывает о моих действиях Кэвилл-Лоренсу? Я не понимал, зачем он это делает, но решил больше ничем с ним не делиться.
Я просидел в обеденном зале до полуночи. Затем отправился на конюшню и забрал Зефира и норовистую гнедую кобылку, которую арендовал для Синнэмон. Я повел лошадей по темному Дептфордскому Бродвею, мимо церкви и вверх по засаженной деревьями дороге, которая вела прямо к вилле Стоукса.
Кобыла все ржала и трясла головой. Я успокаивал ее, нервы у меня были на пределе, все тело напряжено. Добравшись до ворот дома Стоукса, я увидел, что в сторожке темно. Я увел лошадей в заросли и привязал к деревьям. Достал карманные часы. Почти половина первого. Синнэмон сказала, что встретится со мной в это время.
Я ждал, мое беспокойство нарастало с каждой минутой. Чтобы укрепить свою решимость, я постоянно напоминал себе, зачем это делаю. Показания Синнэмон, несомненно, очень важны – и как только я раскрою все секреты, окружающие «Темного ангела», останется мало мест, где убийца Тэда сможет укрыться. К тому же я делал доброе дело. Я видел, как Стоукс с ней обращается. Принципы человека нельзя считать добродетельными, если он им не следует.
Лунный свет почти не проникал сквозь кроны деревьев, и я вздрагивал каждый раз, когда слышал шорохи в подлеске. Воздух был пропитан ароматом зелени, от дыхания лошадей шел пар. Почти час ночи. Где она? Ее поймали? Я ожидал услышать крики, увидеть фонари, приближающиеся ко мне среди деревьев.
Я прокрался назад через лес, пока снова не увидел ворота. Было тихо. Я пытался понять, что теперь делать. Ждать дальше, хотя Стоукс мог вернуться домой в любую минуту, или в одиночестве вернуться на Стрэнд и бросить Синнэмон на произвол судьбы?
