Невзгоды, казалось бы, закончились и жизнь Иоланты Газенкампф возвращается в привычное русло. Её помощь Роланд фон Рихгофен высоко оценил и предложил ей работать на себя. Но главный праздник Винной марки омрачился очередным убийством, и виноватым оказывается сам Роланд. Иоланте вновь надо его спасать, но поиски безнаказанности любимого раскроют совсем не те секреты, которые хотелось бы.
Вечерний гам деревни Йегервейл постепенно затихал. Тут были другие порядки, не как в городе: таверны закрывались еще до того, как донесется двенадцать ударов колокола главной часовни церкви Аваддона. Молодая барменша местной небольшой таверны «Заячий след» закрыла последнюю ставню на первом этаже и махнула рукой неясному темному силуэту в окне на втором. Пожилой хозяин жил над своей таверной, и чтобы не заставлять старого охотника с больной ногой спускаться туда-сюда, официантка помогала ему с закрытием.
Силуэт задул свечу и растворился во тьме. Официантка довольная отправилась домой. В ушах все еще стоял гул от постоянных разговоров посетителей. Таверны никогда не были тихим местом, но сейчас наверное вся Винная Марка не могла насплетничаться. Еще бы, такой повод! Сам Аваддон вмешался в дела своих подданных и спас их наконец от хладовцев!
Она сама лично видела как после приема в отеле «Фауст» промчались с утра пораньше верхом два всадника в масках Дружины. То были посыльные: путешествие по реке Рэйн бывает не особо быстрым, особенно в этот сезон.
«Туда им и дорога», – подумалось официантке и она улыбалась.
Она, конечно же, ни разу не сталкивалась с Дружиной. Самой её большой бедой в жизни были разбойники, которых иногда заносило в таверну «Заячий след», да чересчур перебравшие клиенты. Но все, что они могли сделать – грубо схватить за зад, или попытаться просунуть грязную лапищу в декольте.
Но и с появлением Благородного стража разбойники почти не появлялись, и официантка работала спокойно вот уже целое лето.
Девушка решила сократить путь до своего дома и пойти не по главной дороге деревни. Чего ей бояться? Охотники и рыбаки в это время спят беспробудным сном – работа таких людей начинается едва солнце покажется на горизонте. Она свернула на неосвещенный проулок и ускорила шаг. Страха не было, но было очень темно, и хотелось поскорей выйти на соседнюю улицу, которая была залита серебряным светом полной луны.
За спиной неожиданно что-то зашуршало, она вздрогнула. Решив, что оглядываться нет смысла – все равно ничего не увидит – она бросилась бежать. Но почти сразу же сильные руки схватили её. Девушка не успела закричать: сначала ладонь в кожаной перчатке зажала ей рот, а затем что-то тяжелое ударило в затылок.
Узкая полоска света в конце проулка померкла.
Приходить в «Приют ворона» все еще было неловко. Иола не виделась с Роландом с тех самых пор как она доделала свою работу. Мысленно она возвращалась к разговору, что прервал Ноа и Измаил. Что он хотел ей предложить? Мысль о том, что предложить он хотел какие-то неформальные отношения, одновременно и страшила, и будоражила. Бросало в жар, щеки краснели, а ладони потели.
Нет, не может такого быть. Не стоит придумывать себе, а потом горько разочаровываться.
Но как только Иола увидела Роланда за барной стойкой из головы все самоувещевания словно вылетели. Их взгляды встретились, и она сразу же опустила глаза. Нет, не может сейчас она как раньше выдерживать взгляд этих темных, умных глаз!
На полпути к барной стойке её перехватил официант. Слегка поклонившись, он сказал чтобы Иола следовала за ним. Вновь её отвели к нему в кабинет, следом зашел еще официант и поставил перед Иолой стакан яблочного сока.
Спустя несколько минут появился сам Роланд. Иола сначала подскочила на своем месте и оглянулась, затем поспешно села ровно, пытаясь сгладить бурную реакцию на его появление. Сам же Роланд нервно поправил платок на шее и сел напротив Иолы в свое рабочее кресло.
– Решили ввести яблочный сок в основное меню? – спросила Иола, крутя в пальцах бокал.
Роланд растерянно моргнул, но ничего не ответил. Он достал из ящика стола какие-то бумаги, разложил перед собой и положил руки по обе стороны от них. Иола вновь встретилась с ним взглядом, стушевалась и уставилась в точку где-то над левым плечом Роланда.
– Я пришла, потому что… – начала Иола.
– Нас прервали в прошлый раз, – закончил за неё Роланд.
Иола не удержалась и посмотрела на него. Губы Роланда тронула улыбка, и эта улыбка вновь заставила её лицо покраснеть. Иола нервно отпила еще сока.
– Д-да? – хрипло проблеяла она, покосившись на документы.
Она прокашлялась, сделала еще один глоток и отставила стакан. Надо взять себя в руки и не выглядеть жалкой овцой, которая только и может делать, как стыдливо утыкаться взглядом в пол, да стесняться смотреть на Роланда. Иола приосанилась и сцепила пальцы в замок на своей юбке.
– Видно, вы… Ты… – Роланд тоже кашлянул, словно скрывая чуть осипший в момент голос. – Пришла сюда по другому вопросу?
– Я пришла, – Иола нервно облизала кончиком языка пересохшие от волнения губы, – потому что сейчас столкнулась с Отто фон Нейманом в счетной палате.
Роланд постарался сохранить самообладание, но его пальцы нервно дрогнули и сжались в кулаки. Он кивнул Иоле, давая знак чтобы она продолжала свой рассказ. Но разговор не был долгим, и рассказ получился небольшим. Иола вскоре умолкла, а Роланд задумчиво постучал пальцами по столу.
