Иола села на жесткий деревянный стул и сцепила пальцы в замок. Она еще какое-то время подождала, вдруг начальница решит поднять на неё взгляд. Но. видимо, она решила что вопрос у Иолы не особо достойный её безраздельного внимания.
– Мне предложили другую работу с лучшими условиями. И я хочу уйти из счетной палаты сегодня же, – выпалила Иола.
Почему-то увольняться было ужасно страшно. Она понимала, что не самый лучший момент – работников не так много, а сезон выставления счетов в полном разгаре. Внутри засело чувство стыда перед начальницей. Стыд за то, что она подводит её.
– Сегодня же?
Начальница отложила перо и документ и посмотрела внимательно на Иолу. Под строгим и несколько неприятным взглядом стало неуютно, и Иола нервно заерзала на стуле. Это расценилось как слабость, и начальница начала давить:
– Но я не могу тебя отпустить сегодня же! Ты же знаешь, в счетной палате не хватает людей, скоро Вайнлиз и окончание общего расчетного периода. А ты, между прочим, то тянула с расчетами, – начальница выразительно посмотрела на Иолу, намекая на ситуацию с исправлениями счетов герра Роланда фон Рихгофена, – то в отпуске была. По… Особым причинам. Нет, – она покачала головой. – И не проси. Поговорим о твоем уходе после праздников. Можешь возвращаться к работе.
Начальница махнула Иоле рукой и вернулась к документации. Иола вздохнула, но с места не сдвинулась. Как её взбесило такое пренебрежение! Сейчас она ей покажет.
– Я уже заключила контракт. Сегодня мой последний день работы в счетной палате, – отчеканила Иола.
– Послушай, Иоланта, – раздраженно бросила начальница. – Ты сама знаешь правила – если тебе, и твоему новому работодателю, – она насмешливо выделила последнее слово, – так важно чтобы ты закончила работать сегодня же, надо оформлять отступные. У нас сейчас нет времени возится с этим!
– Направьте запрос герру Роланду фон Рихгофену на «Хрустальную росу», и он более чем удовлетворит ваш запрос на отступные.
Иола получила ровно такую реакцию, какую ожидала. Рука начальницы дрогнула и она посадила чернильную кляксу на почти доделанный документ. Но она даже не заметила этого – она со смесью страха и зависти глядела на Иолу.
– Р-рихгофену? – переспросила она и откинула перо. – Тебя нанял герр Рихгофен?
Иола кивнула. Начальница одним резким движением открыла нижний ящик стола и достала кипу шаблонов. Она перебрала их и протянула ей бланк на увольнение одним днем.
– Заполняй, а я пока… – Бумага опять зашелестела. – Отправлю документы на отступные.
Тишину нарушал лишь скрип пера да стула под начальницей. Иола то и дело кидала взгляды из-под полуопущенных ресниц. На бледных скулах начальницы появились розовые пятны: свидетели сильного нервного возбуждения.
– Держите, – Иола протянула ей заполненное заявление.
Начальница едва глянула на него, подписывая и ставя печать.
– Отнеси его в нашу расчетную бухгалтерию и забери расчет.
Иола не стала ничего уточнять, встала и направилась к двери.
– Спасибо, – произнесла Иола, взявшись за ручку двери.
– Спасибо за твою работу, – бросила начальница, вновь не глядя на Иолу.
Иола вышла, оставив позади неприятную начальницу.
Все получилось даже быстрее, чем она думала. Уже через полчаса Иола покинула стены счетной палаты. В сумке у неё была всякая личная мелочевка с рабочего места, а в руках чек. Руки чесались сразу же потратить все, и она поняла, что не находит ни одной причины так не делать. Иола провела рукой по невзрачному платью: почти весь её гардероб подчинялся внутреннему дресс-коду счетной палаты.
Теперь у неё его нет и она работает на богатейшего и красивейшего человека Винной марки. И она собирается выглядеть под стать ему. Хотя бы чуть-чуть!
Донна удивилась, завидя Иолу на пороге её дома в столь ранний час. У неё был выходной, и она привыкла спать почти до обеда. Она с готовностью отозвалась на предложение Иолы пройтись по магазинам и потратить кучу денег на одежду, но прежде ей нужно было хотя бы умыться.
– Зайдем тогда позавтракать куда-нибудь? – спросила Донна бегая через гостиную то к рукомойнику, то в свою комнату за платьем, а потом и за чулками.
– Конечно! Я не успела позавтракать тоже…
Иола утонула в диванных подушках. Донна тоже жила с матерью, и она обожала максимальный комфорт. Сама Иола очень любила гостить у Донны в детстве, ведь её мама так отличалась от её! И даже то, что она растила свою дочь одна, ни разу не ужесточили фрау Леонор.
– Можно зайти в бутик, где шьет мама! – прикидывала Донна. Она наконец умылась и сделала прическу: собрала свои длинные каштановые локоны в красивую косу, вплела атласную ленту в тон юбке и довершила свой образ заколкой в форме яркого бутона астры. – А вообще! – Донна уперла руки в боки и нависла над подругой. – У тебя опять что-то случилось и тебе дали отпуск? Или ты решила наконец первый раз в жизни прогулять работу?
Иола прежде чем ответить, накрутила на указательный палец кисточку одной из декоративных подушек, а затем размотала.
– Ну… Я уволилась из счетной палаты.
