– Прости, это никак к вам не относится. Конечно, но пусть он придет к восьми утра, в девять мне нужно быть на работе. – Иола взяла со стола небольшой пергамент для заметок и написала свой адрес. – Хоть я и увольняюсь, опаздывать бы не хотелось.
Иола протянула бумажку с адресом Роланду, он сначала замешкался, но потом взял и убрал во внутренний карман пиджака. Они одновременно встали, поняв, что разговор себя исчерпал.
– Доброго вечера, герр Рихгофен. – Иола присела в книксене.
– Можно просто Роланд.
– Доброго вечера, Роланд, – повторила Иола с улыбкой.
Роланд быстро подошел к ней, взял в свою руку пальцы Иолы и поцеловал их. В этом жесте не было ничего предосудительного, дамам часто целовали руки, но Иола вновь вся покрылась мурашками от прикосновения горячих губ.
– Доброго вечера, Иола, – проговорил он, глядя ей прямо в глаза.
Окончательно смутившись, она вышла из кабинета. Уже подходя к дому, Иола вспомнила что так поспешно бежала от Роланда, что забыла шляпку у него в кабинете. Ну что за недотепа!
Она прижала ладонь к гулко бьющемуся сердцу и тяжело вздохнула. Как ей работать, если при присутствии Роланда мысли путаются?
Когда Иола вернулась домой, родители еще не закончили ужин. Мама сразу же засуетилась и усадила её за стол. Она все еще переживала за то, что с дочерью последнее время приключаются различные неприятности. Но как и обещал отец – мама не ограничивала свободу, но стала вдвойне опекать её стоило Иоле переступить порог дома.
Пока мама возилась с тарелками, накладывая порцию ароматного рагу из кролика, папа кидал многозначительные взгляды на саму Иолу. Видимо, он понял что у неё опять что-то случилось, и не знает как сказать. Но он не торопил события.
– Вина? – он приподнял бутыль из темного стекла.
Иола задумалась дольше обычного – она рассматривала этикетку с эмблемой «Хрустальной росы», и её захватило чувство яркого осознания что теперь она будет причастна ко всему вину, которое производится в Винной марке.
– Меня нанял Роланд новым управляющим, – выдохнула Иола.
Мама ахнула и прижала руки ко рту, а папа расплылся в улыбке. Он взял бокал и от души плеснул и Иоле, и жене, и конечно же себе.
– Так выпьем за твою новую работу! – он поднял бокал.
Иола тоже несмело пригубила. Мама пить не спешила, она села рядом с дочерью и внимательно её рассматривала, затем погладила по щеке и начала расспрашивать подробно про условия работы. Видимо, чтобы прикидывать насколько теперь жизнь Иолы подвержена опасности. Когда разговор дошел до условия трех ночей в неделю, лицо матери посмурнело. Она возмущенно вздохнула и нахмурилась, но отец положил ладонь на её руку.
– Неужели это так необходимо? – выдохнула наконец она. Иола понимала, что первой реакции матери было запретить это.
– Роланд предпочитает работать ночью, так что ему будет удобнее, если я буду оставаться в его особняке при винокурне, – повторила его слова Иола.
– Очень неприлично! – высказала свое мнение мама. – Молодой незамужней девушке оставаться ночевать в особняке неженатого мужчины!
Иола опустила голову и постаралась отвлечься рагу, которое начало остывать. Щеки вновь начали гореть от смущения. Отец налил себе еще вина и отсалютовал бокалом.
– Это по работе, – примирительно сказал отец, но в его голосе звенел смех. – Никто не усомнится в добропорядочности Иолы. И герра Рихгофена.
– Иоле недавно исполнилось девятнадцать, – все еще бормотала мама, нервно крутя в пальцах бокал с вином.
– Ты ушла жить в казармы Ордо Корвус когда тебе исполнилось шестнадцать, – напомнил отец.
– Это другое! – мама округлила глаза и возмущенно посмотрела на него.
Иола рассмеялась. Мало того, что мама сама ушла жить отдельно от своей матери раньше Иолы, так и сразу же там познакомилась с отцом! И обвенчались они как только ей исполнилось восемнадцать. А меньше, чем через полгода родилась сама Иола, что придавало пикантности ситуации. И Иола это решила напомнить. Ганс рассмеялся, а Виола залилась краской и выпила залпом бокал.
– Мы с отцом совершенно другое дело, – проворчала она и встала со своего места. По давней привычке она постаралась избавиться от своего негодования, перемыв всю посуду после ужина.
– Но я не доела, – запротестовала Иола, притягивая тарелку с рагу и прикрывая её рукой.
– Ешь быстрее, время уже ложиться спать!
Иола переглянулась с отцом и они вновь рассмеялись. Наверняка ей будет не хватать таких ужинов с родителями, но с другой стороны – она уже достаточно взрослая, и пора учиться жить самостоятельно!
Ровно в девять утра следующего дня Иола вошла в кабинет своей начальницы. Не смотря на высокую должность, этот кабинет был очень тесным: ведь по всем трем стенам стояли высоченные шкафы с документацией. Иола всегда терялась в догадках что именно там хранится, да и еще в каком количестве.
– Проходи, садись, – отрывисто бросила начальница, не поднимая головы от заполнения очередного документа.
