Доклады следовали один за другим. Пока все службы огромного корабля докладывали о своей готовности, Страден не сводил взгляда с прогнивших корпусов приближающейся флотилии Архиврага. Крейсер снова задрожал, на этот раз от обстрела легких кораблей, вырвавшихся вперед и обогнавших это чудовище — «Терминус Эст». С крупных судов Хаоса стартовали истребители, способные серьезно повредить наименее массивные корабли Имперского Флота, но на «Глубине ярости» на них не обращали никакого внимания. Корабль мчался все дальше от планеты к своей цели, словно бросающийся на жертву сорокопут.
— Передайте капитанам «Бесценной верности» и «Лорда кастеляна», чтобы они разогрели двигатели и прикрывали нас с флангов на протяжении первых пяти тысяч километров. А после выстрела из «Новы» пусть отходят, чтобы не попасть под наши бортовые залпы.
— Слушаюсь, — пробормотал вокс-сервитор и направил приказы капитанам фрегатов.
Серьезные удары по пустотным щитам сильно тряхнули «Глубину ярости», и без того вибрирующую от перегрузок на предельной мощности.
— Ну, давай, — прошептал Страден. — Давай, пожалуйста…
— Машинное отделение… — послышалось из динамика, и капитан вскочил со своего места, — готово.
Страден уставился на экран, где раздутый корпус «Терминус Эст» становился все больше с каждым мгновением. Капитан выхватил офицерскую саблю и навел острие на монитор.
— Уничтожить. Этот. Корабль.
Принцип действия пушки «Нова» довольно прост. Генераторы, установленные на корме «Глубины ярости», и само орудие накапливают заряд энергии, преобразуемый в мощные магнитные поля. Отряды рабов, занятых в заряжающем отсеке, подготавливают специальный снаряд — величиной с небольшое здание — и направляют его в огромный тоннель, называемый пусковой камерой.
Как только «Нова» готова к выстрелу, переборки герметично запечатывают помещение. При стрельбе механизмы должны быть изолированы, но всем рабам редко удается вовремя покинуть зал. Пока «Глубина ярости», сотрясаемая выстрелами небольших орудий, мчалась к «Терминус Эст», капитан Страден требовал поддерживать максимальную скорость, и сотни рабов и сервиторов умерли в процессе подготовки еще до гибели корабля, произошедшей несколькими минутами позже.
По команде «Огонь!» магнитные поля разгоняют снаряд до скорости, близкой к скорости света, и выталкивают его из пусковой камеры. Затем следует опасный и длительный процесс перезарядки, и все повторяется снова.
Глаза человека и, говоря по правде, большинство созданных им приборов не способны уследить за стремительным полетом снаряда. Он запрограммирован так, чтобы не взрываться в непосредственной близости от корабля, поскольку обладает колоссальной разрушительной силой.
Но эта мера предосторожности может быть отменена. Что и произойдет через несколько минут.
Расстояние между двумя сближающимися кораблями снаряд пролетел в мгновение ока. Согласно программе, при попадании происходил грандиозный коллапс, так что вся окружающая материя втягивалась в образующуюся пустоту и превращалась в ничто.
Так умирают звезды.
Именно такой снаряд ударил в носовую часть «Терминус Эст».
Колоссальный кусок гниющего корабля, вычеркнутый из реальности и обращенный в ничто, перестал существовать. Приборы «Глубины ярости» под трезвон пультов и ворчание сервиторов определяли степень повреждения противника.
— Прямое попадание, — доложил лейтенант из-за главного пульта.
Распространяющий заразу корабль был ранен. Из зияющей дыры в носовой части боевого судна Хаоса вылетали обломки переборок, мутанты из числа экипажа и фрагменты брони. Вместо крови, как заметил Страден, из пробоины хлестали темные потоки какой-то отвратительной жидкости, которые замерзали в открытом космосе и превращались в мерцающие темно-красные кристаллы.
Противник стал поворачивать — раздутый кит переваливался с боку на бок, отворачивая свою морду.
— Он прикрывает капитанскую рубку! — сердито крикнул Страден.
— Повреждение корпуса шестнадцать процентов, капитан. Они теряют внутреннее давление и… тысячи килолитров какой-то темной органической жидкости. Капитан, «Терминус Эст» все еще движется нам навстречу.
Страден окинул офицера таким взглядом, словно перед ним был законченный идиот.
— В таком случае, именем Бога-Императора, — приказал он, —
Корабли над Катуром с неспешной грациозностью двигались навстречу друг другу, превращая разворачивающееся сражение в трагический балет на орбите. Флотилии сходились и расходились. Мелкие корабли кружились вокруг более крупных судов, а тяжелые крейсеры в безмолвии выбрасывали ослепительные лучи, пронзающие тьму, выбивающие из пустотных щитов сверкающие фонтаны искр энергетических разрядов.
Защитные барьеры падали один за другим, и тогда копья света врезались в броню, оставляя глубокие шрамы, а затем и рассекая корабль на части.
«Вторая тень» не последовала за «Глубиной ярости». Все остальные корабли Имперского Флота поддержали атаку.
