— Но они, могли перебраться туда, — встрял Аравен, — Сбежавший Крумвель и его гипотетическая пассия, если таковая была. Могли перебраться в Карпат, подальше, к уголкам королевства. Точнее сбежал то он от орков ещё до объединения десяти земель! Либо он мог жениться уже там, на новом месте. Вспомните, при объединении Королевства у Кромвеллов не было владений, их династия была безвестной, а вся та территория либо не была включена в границы Энториона, принадлежа дуэргарам Муспелля, либо частично была землями Унтары и Карменгхейма. Но тех заботили свои степ и поля, в то время, как дикие леса и горные местности, в которых можно было бы попробовать рыть шахты и что-то добывать, были мало кому интересным клочком земли. И если историю самого Салдора мы более-менее знаем из летописей, то какие-то его родственники могли подкорректировать имя рода и начать, так сказать, новую жизнь, на землях Карпат, основав династию властных и самоуверенных Кромвеллов.
— Нет-нет, Аравен, ты явно не помнишь их историю, — начинал рассказывать лорд Палмер, тараторя поток информации быстрым темпом, — Фредерик Кромм считается первым в семейном древе Кромвеллов, кузнец-литейщик, изучающий горные минералы и металлы, бывший на хорошем счету у серых дуэргов или дуэнде — самых нелюдимых из гномов. Умел с ними договориться, вот жеж!
— Ах, говорят при его жизни было написано чуть ли не с десяток портретов, пока он восходил по социальной лестнице, меняя статус за статусом и титул за титулом, но ни одного из них, к сожалению, до наших дней не сохранилось, — проговорила герцогиня Иридиума.
— Твои слова про шахты прямо в точку, — приобнял за плечо подругу Рикард, — земли Карпат были полны руды, из которых семья кузнеца и делала всяческие вещи. В горах находились и драгоценные металлы, что позволило Кромму разбогатеть. А титул им вручили при поддержке Уинфри сами Дай-Го Годзи, правившие Унтарой до Догаратов. За то, сколько уникальных доспехов и оружия Кромм и его семья смогли выковать на благо всего Королевства. Как новоявленным лордам, Годзи отдали часть земель, Кромм расширил родовое имя до Кромвелл. Не помню уже как. Ах, возможно из-за браков, соединив какие-то две фамилии в одну. Знаете, например, купцов Айвелей? — покрутился он по сторонам ко всем собеседникам, — Их малышка Кирстен сегодня играла с вашей Вирджинией, они погодки, — произнёс он, глядя на королевскую чету, — Вот, возможно, кто-то из их дальних предков, некая Ай-ВЕЛЬ — выделил он концовку фамилии с особым акцентом внимания, — и Кромм при вступлении в брак могли по тем или иным причинам превратиться в «Кромвиль», ну или «Кромвелл», как они теперь звучат. И в качестве лордов мощь семьи укреплялась всё сильнее, они захватили крупный кусок территории, выстроили свой высотный мрачный замок и, в конце концов, получили графский титул. Заодно и присоединив завоёванные территории по другую сторону владений, тем самым, расширив Энторион на северо-западе, сдвинув территорию дуэргов глубже в горные хребты. Едва ли ко всему этому могут иметь отношения Крумвели и сад Салдора, — закончил он, — История всё равно не сохранила имени жены Фредерика, она скончалась довольно молодой и он воздвиг на скале Лакриму — Замок Слёз в память о ней.
Тем временем, упомянутая лордом королевская малышка Вирджиния сейчас единственная радовалась разгоревшейся дуэли Милены с Фабиосом, поедая печёные яблоки, ставшие продуктами их противостояния, и сейчас уже наблюдала не за выступлениями Вермиллиона, а присоединилась к брату с сестрой и остальным на поляне.
Всё зрелищное пиротехническое шоу с искрами и языками пламени от рыжих голубоглазых Ферро были даже детьми приняты не столько с восторгом, сколько с боязнью и опаской за жизни дуэлянтов да и, чего уж таить, свои собственные. Небольшие, с детский кулак, огненные шарики разных оттенков: от желто-солнечного до кроваво-красного, летали с магматическим жаром и ярким сиянием в обе стороны, рискуя спалить кому-нибудь волосы или поджечь детали одежды.
Однако и Милена, и её брат от всех этих сверкающих и пылающих сфер уворачивались довольно ловко. Иногда даже не отпрыгивали в сторону, а просто уклонялись корпусом, весело хихикая и не упуская возможности подколоть на словах промах оппонента.
Извилистые огненные змейки струились от рыжей девчонки к такому же рыжему мальчишке и наоборот, шарики покрупнее рассыпались в войска красных угольков, половина снарядов попадала в воды фонтанов и гасла задолго до достижения цели, но отдельные искры теперь-таки достигали цветастого наряда Фабиоса и красивого платья Милены. Ситуация начинала накаляться, но, в конце концов, они попросту утомились и прекратили своё безумие, решив сделать в сражении перерыв. А вспомнивший из-за чего вообще разгорелся весь сыр-бор, Колин вызвался всё же залезть на вершину дерева, показывая, что он здесь самый смелый.
