Я присел, с ужасом наблюдая. Чары незаметности на Нан считали меня «своим» и не скрывали девушку от моего взора. Так что мне казалось, что она шла нисколько не прячась, лишь иногда останавливаясь за стволами деревьев, пригибаясь за кустами.
Скоро она стала обходить горе-стража, забирая вбок, и все же скрылась от моего взора, и я понял, что как бы ни кончилась для нее ее эскапада, мне она грозит миллионами потерянных нервных клеток. Не иметь возможности видеть действия девушки…
Стоп, а
Нан двигалась быстро и плавно, скользила клочком тумана, переливалась водой, летела ветерком. Скоро она оказалась слева от стража, шагах в двадцати. Тот настороженно оглядывался, переминаясь с ноги на ногу.
Когда он повернулся боком – к Нан почти спиной, она не упустила своего шанса. Полоса биомеча вылетела из рукава, на лету формируясь в подобие ломика. Нан швырнула его не острием вперед, а плашмя, и металлическая палка ударила вэйри под колени.
Тот издал сдавленный вопль и стал падать. Нан оказалась рядом почти мгновенно, обхватила потерявшего стража, роняя на себя спиной, одна рука обвила тело, другая легла на лицо, и из-под ладони ее ударила серая вспышка.
Заклинание… сна?
Девушка отпихнула прочь уже бесчувственное тело, подобрала свой «ломик» и отправила в рукав. Повернулась ко мне – я уже был на полпути, насмешливо улыбнулась:
Чингачгук, блин, Великий Змей… в ее исполнении действительно выглядело довольно просто. Я уже открыл рот, замешкался, выбирая между похвалой и руганью, но вместо этого заорал:
– Ложись!..
Нан прыгнула в сторону. Не помню, произнес ли я имя – но Хартгранн уже был в моих руках, и стрела из черного стекла лежала на тетиве.
Потому что из тела оглушенного парня вылезал Чужой.
Чудовище запрокинуло длинную голову и на непереносимо высокой ноте завизжало. Я выстрелил, и тварь поперхнулась своим кличем, а в следующий момент превратилась в клуб черного дыма, мгновенно растаявшего.
Подбежав ближе, я натянул тетиву с новой стрелой.
Но больше ничего сверхъестественного не произошло. Мирно спящий сторож, его дымящийся плащ – именно из поверхности живой материи выползло порождение мрака. И, конечно, это был не Чужой, а что-то вроде скелета какого-то крупного хищника. У страха глаза велики…
– Что это было? – растерянно спросил я.
– Не знаю, – Нанджи покачала головой, сидя в траве с ошалелым видом. – Я заметила, что у него плащ какой-то не такой, он не попытался меня укусить, закутать хозяина… Что за тварь в нем скрывалась? Та же магия, что у метки…
Мы еще какое-то время с подозрением смотрели на нашу жертву, но сюрпризы, похоже кончились.
– Обыщем?
– Пожалуй.
Подросток – будь парень человеком, я бы определил его возраст лет в шестнадцать. Нан наклонилась, лишний раз убедилась, что ее жертва в порядке и преспокойно дрыхнет.
– Что ты делаешь? – Мне показалось, что она собирается отсечь ему руку.
– Стрелкомет.
– Чего?
Нан подрезала рукав одежды парня и продемонстрировала какую-то странную штуковину на предплечье. Небольшая продолговатая коробочка с трубкой-дулом.
Я изумленно заморгал. Нет, должно быть, показалось.
Нан рассекла коробочку мечом, не снимая с запястья.
– Зачем?
– Как зачем? Чтобы не пустили в ход против нас.
Я подобрал плоскую шкатулку величиной с ладонь, похожую на портсигар. Открыл – снарядики, похожие на стрелки для игры в «дартс», только поменьше и с разноцветным перистым оперением.
Тоже показалось? Сходство случайно?
Девушка забрала «портсигар», закрыла и швырнула высоко в воздух. Пижонским взмахом разрезала пополам, посыпались рассеченные стрелки.
Потом – вот же добрая душа, – устроила свою жертву поудобнее и погладила по голове.
– Так будет спать дольше… и крепче… и, может быть, обойдется без головной боли…
– Ловко ты его, – признал я.
– И ты ловко эту… тварь.
– Это все лук…
Нан закончила свою миссионерскую деятельность, встала, попробовала как бы небрежно-рассеянно забрать упомянутое оружие. Я как бы не понял намека, и наши руки сцепились на кибити.
– Серый… Сергей… Пожалуйста, поклянись, что…
Я покачал головой.
