Кровь леса полностью

От последствий которого пришлось избавляться полночи. Заклинания, препараты из аптечки. Я гонял свой имплант, требуя, чтобы он поскорее восстановил функциональность моего тела. А имплант заставлял жрать, пить и бегать в кустики. Нан, несмотря на ее плачевное положение – ей еще пришлось лечить порезанные травой ноги, – повеселилась на славу.

В перерывах между сеансами очищения она рассказывала мне о Хартгранне. Моя эльфийка не многое знала о легендарном оружии, которое «приходит к героям, воителям и великим волшебникам, если его призвать».

– Мы – герои? – уточнил я.

– Ты.

– Но тебе лук тоже являлся. Собственно, ты отобрала его у меня!..

Нан задумалась.

– Серый, мне страшно.

– Что так?

– Что ты в конце концов убьешь моего сородича. Хартгранн слушается нас до сих пор – хотя я стреляла из него в вэйри. Значит, и убивать из него людей лесного народа тоже можно.

– Я постараюсь, Нан. Честное слово. Но если придется выбирать перед смертью твоей и твоего сородича – ты знаешь, каким будет мое решение… С другой стороны, раз он умеет оглушать, пусть и занимается этим дальше. И вообще… забирай его себе.

– Что-о-о?!. – изумилась Нан.

– Я всего лишь хочу сказать – бери его, когда мы, м-м-м, общаемся с твоими сородичами. У меня есть имплант и математика, и огненная магия, и умение видеть заклинания, и непонятная Тьма. С ума сойти, какой я, оказывается, крутой… Мне будет спокойней, если ты будешь держать Хартгранн при себе. И тебе будет спокойней. Я буду брать его для разрушения заклинаний, а ты – глушить наших упрямых преследователей.

– Хорошо, – неуверенно согласилась Нан.

Мои мысли блуждали, перепрыгнули с мистического смертельного оружия на технологическое нефатальное.

– Стрелкомет?.. – переспросила девушка, увидев мою мысль. – Ну да, именно так эта вещь и называется. Традиционное оружие вэйри. Лоза – для ближнего боя, и стрелкомет, дистантное оружие.

Я перекинул ей несколько картинок из прошлого. Вот Главарь с мультиганом. Вот то же оружие в моей руке.

– Как это может быть? – спросила Нан, разглядывая переданные картинки из памяти моей и памяти, закачанной в мои мозги имплантом.

– А вот так. Эта штука на самом деле приставка к мультигану. Вешается на дуло. Можно палить плазмой, а можно из этой подвески сонной стрелкой. Ты и сама должна была заметить, тебя такой ранило при захвате, помнишь?..

Нан кивнула.

– Я думала, похожей. – Ее рука потянулась туда, где остался крохотный шрам. – Только сейчас поняла – даже яд был тот же!..

– И даже цветная маркировка та же самая. Равнинники и лесные жители пользуются одним и тем же оружием. Только вы считаете его отдельным и самостоятельным, а ваши враги – приставкой к более мощному. Откуда вы берете, гм, стрелкометы?

– На деревьях вырастают, – растерянно ответила Нан.

– Я серьезно!..

– И я серьезно. Стрелкометы растут на деревьях поселка.

Я помотал головой. Ерунда какая-то!.. Впрочем, почему бы и нет? В этом сумасшедшем мире все возможно. Комбинезон у нас – био, меч тоже био. А как выглядит завод по производству этих биоштуковин? Приставка предполагает, что они не собираются вручную или на заводах, а каким-то образом выращиваются. А если выращиваются – то отчего бы и не на деревьях?

Раздолье шпионам. Не нужно воровать инженерные документы, не нужно разведывать производственный цикл, выяснять какие-то мелкие хитрости создания конечного продукта – просто спер саженец, посадил и собирай урожай. Я представлял себе картины мира, в котором вещи сами по себе растут на деревьях.

И кое-что заподозрил.

Нас нашли ближе к утру.

Щекочущие невесомые паутинки задели мою руку. Я, даже не проснувшись в полной мере, вскинул руку, словно ловя муху, сцапал их и сжал в кулаке.

– Алло? – сказал почему-то. Нан проснулась и таращилась с ужасом на извивающиеся в моих руках нити. Видимо, успех со взломом Зеленого Слова меня вдохновил, потому что я скользнул по нитям заклинания и попытался просканировать его.

Шок от грубого искажения тонкого заклинания. Страх, переходящий в ужас, едва волшебник понял, что столкнулся с чужаком, многажды превосходящим по силе. Яркие эмоции… мальчишеские.

– Страшно, сынок? – прошептал я голосом киношного злодея.

«Сынок» открыл рот, собираясь позвать кого-то. В его сознании возникла птица, начертанная тонкими зелеными линиями, Вестник.

Вспомнив, сколько эти волшебные твари выпили у нас крови, я озверел. «Птичье» заклятье было готово выйти из разума юного волшебника, когда я скрутил все пойманные «паутинки» в жгут:

– Двестидвадцатьвольт! – выкрикнул.

Треск, запах горящего металла, озона и жженой резины. Энергия моего гнева оформилась, стекла с моих пальцев в нить заклинания.

На том конце «провода» синяя птица заорала дурным голосом и захлопала крыльями, ее перья обгорели, и, прежде чем развеяться, она стала похожа на плохо прожаренную курицу.

Потом моя сила обрушилась на мальчишку-мага, и он закричал, связь прервалась.

Я потряс ноющей кистью. В этот раз досталось меньше…

– Нас найдут? – спросил я. – Он успел понять, где мы?