– Не понравится. После Норосского мятежа Церковь наняла Гурвона для того, чтобы уничтожить анклав магов, ушедших в подполье и продолжавших сражаться. Это была проверка – инквизиторы сами могли это сделать, но они хотели увидеть, можно ли Гурвону доверить уничтожение его бывших союзников. Они укрылись в городе-крепости в Шлессене. Население им сочувствовало, так что они забаррикадировались в одной из частей замка – с помощью гнозиса обороняться зачастую легче, чем атаковать, и поэтому взять их было непросто. Они считали, что находятся в безопасности, но Гурвон сделал целью тех, до кого мог добраться, – простых людей, используя их для того, чтобы выманивать магов из крепости, поодиночке или мелкими группами. Любого, кого мы захватывали, отправляли обратно сломленным и неспособным жить без гностической поддержки. Горожане начали бояться вступать в контакт с мятежниками. Магам приходилось тратить все больше энергии на поддержание жизни раненых, и это быстро их измотало. Они разделились, и мы вскоре выловили их по одному.
– И ты думаешь, что здесь он поступит так же?
– Знаю, что поступит. А те, кто ближе всего к Сэре и ко мне, станут первыми целями.
На лице Лоренцо не было страха, лишь спокойная решимость.
– Откуда вы атаковали?
– Мы прятались в самом городке. Никто не знал, что мы были там.
– А твоя роль? – спросил рыцарь мрачно.
– Гурвону нравится иметь своего человека в рядах противника. Моя роль заключалась в том, чтобы незаметно сеять раздор и распространять ложную информацию. – Елена вздохнула. – Это были старые товарищи, так что сложностей не возникло. Они до самого конца верили, что я – одна из них.
Лоренцо выглядел задумчивым.
– Значит, ты думаешь, что он атакует именно так: изолирует нас и выловит по одному. – Рыцарь тяжело выдохнул, и она увидела его страх, беспокойство командира за своих подчиненных. – Его человек уже среди нас?
– При дворе должны быть люди, в которых он запустил свои когти. Куда бы он ни отправился, Гурвон находит у людей грязные секреты; он будет шантажировать придворных и слуг, угрожая, что об их кражах, адюльтерах и неосторожных высказываниях станет известно всем.
Лоренцо посмотрел ей в глаза:
– Как нам лучше всего ответить на это, донна Елена?
– Забаррикадировать часть замка в целях нашей собственной защиты. Ограничить доступ в безопасную зону и постоянно менять тех, кто может в нее входить. Не терять бдительности. Мы можем усложнить его задачу, но этого будет недостаточно. Мы должны еще и контратаковать, где и когда можем. У нас должны быть глаза по всему городу. Нам нужен Мустак аль-Мадхи.
– Мустаку нельзя доверять. Он – главарь крупнейшего джхафийского преступного синдиката в Явоне.
– Тогда он идеальный кандидат. У него должны быть глаза в тех местах, куда мы не можем добраться. Гурвон, вероятно, уже здесь, с остальной своей бандой. Большинство тех, с кем я работала, мертвы. А большую часть новичков я не знаю. К тому же он мог найти новое тело для Сорделла. – Внезапно Елене почудилось, что тени, даже в залитой солнцем беседке, зашевелились подобно пробуждающимся пантерам. – Пойдем внутрь.
Когда она проходила мимо Лоренцо, он обнял ее за плечи. Его руки были большими и сильными: руки мечника. И они согревали Елену даже через одежду.
– Элла, а что насчет нас?
Они были одного роста, и Елена взглянула рыцарю в глаза, пытаясь понять, о чем он думает.
– А что, есть какие-то «мы»?
Лоренцо не ответил. Точнее, не ответил словами. Другая его рука легла ей на затылок, и он прижался своими губами к ее губам. Елена раскрыла рот, чтобы удивленно вздохнуть, однако вместо этого почувствовала его вкус. Жар, вино и сладость. И язык, скользнувший на мгновение к ней в рот, коснувшись ее языка. Елена напряглась, но затем поняла, что оказалась в плену, бежать из которого ей совершенно не хотелось.
– Это ты мне скажи, Элла-амора.
– Не ты ли только что сделал предложение
Рыцарь вздохнул:
– Это был спектакль, и ты это знаешь. А вот мои чувства к тебе – нет.
Елена с трудом сглотнула:
– Лори, если ты начнешь ухаживать за мной так скоро после отказа Сэры, это спровоцирует скандал. А скандалы привлекают Гурвона как падаль шакала. Нельзя, чтобы нас видели вместе.
Он погладил ее по щеке:
– Тогда нас не
От мысли об этом у Елены кровь застучала в ушах.
– Неужели я должен добиваться тебя как странствующий рыцарь? – выдохнул Лоренцо у нее над ухом.
Его сильные руки ласково гладили ее плечи.
– Я не пишу стихи и не танцую, – ответила она, безуспешно стараясь заставить свой голос звучать легко.
– Тогда как ты проводишь свободное время?
Заставив себя взглянуть ему в глаза, Елена скрепя сердце собрала волю в кулак.
– Никак не провожу.
Лоренцо тихо вздохнул, явно и не думая сдаваться:
– Ты все еще должна мне поцелуй, Елена.
– Ты только что его получил.
