Гайл выбросил эти мысли из головы. За пределами Нороса это больше никого не волновало – и уж точно не здесь. Посмотрев туда, куда указывал палец епископа, Гайл неподдельно удивился пронесшемуся над Плас д’Аккорд Крылатому корпусу, дюжинам летающих ящеров, плотными рядами взмывавшим над крышей собора Святого Сердца. За спинами наездников сидели боевые маги. Перед королевской ложей ящеры снижались под полные восхищения и ужаса вопли толпы. Челюсти длиной больше человеческого роста щелкали, футовые зубы скрежетали, и многие из крылатых конструктов с ревом изрыгали пламя. Невозможные существа, созданные магами.
Под сигналы труб над королевской ложей взвились белые флаги. Толпа разом умолкла. Это стало знаком для черни: будет говорить император. Повинуясь его воле, люди не издавали ни звука. Сидевшая на троне стройная фигура поднялась на ноги и ступила на королевскую трибуну.
– Мой народ, – начал император Констант, и его гностически усиленный высокий голос разнесся над площадью. – Мой народ, сегодня меня переполняют гордость и восхищение. Гордость – при виде величия собравшихся здесь нас, рондийцев! По праву нас называют величайшей нацией на Урте! По праву нас величают Детьми Кора! По праву мы вершим судьбы всего человечества! По праву даже последние из вас, моих детей, в глазах Бога значите больше, чем все остальные люди! И восхищение – перед всем тем, чего мы достигли, бросив вызов превратностям судьбы. Восхищение перед тем, что сам Кор выбрал нас, чтобы исполнить волю его!
Констант продолжил восхвалять свой народ, – а значит, и самого себя, – перечисляя славные деяния, начиная с уничтожения Римонской Империи и завоевания Юроса и заканчивая Священными походами по мосту Лунного Прилива и победой над неверными в Антиопии.
Гайл почувствовал, что его мысли уносятся прочь от той насмешки над историей, которой император потчевал собравшуюся толпу. Он чувствовал, что ему повезло оказаться одним из тех немногих, кого учили чему-то, что было ближе к истине. Арканум, где он получил образование, был более светским и менее пристрастным. Гайлу рассказывали, что еще пять сотен лет назад Юрос был раздроблен. Его крупнейшая держава, Римонская Империя, контролировала едва ли четверть континента, хотя эта четверть включала в себя Римонию, Силацию и Верелон, а также – весь Норос, Аргундию и Рондельмар. Войны были постоянными. Династии плели интриги и воевали друг с другом в Райме, столице. Различные верования, ныне объявленные языческими, сражались за господство. Голод приходил на смену эпидемиям, а эпидемии – на смену голоду. Пересечь бурные моря было невозможно. Никто и подумать не мог, что за восточными морями есть еще один континент.
Пятьсот лет назад все изменилось: подобно пылающей комете явился Кориней, разжегший мировой пожар. Кориней Спаситель, рожденный как Йохан Корин, сын знатной семьи из приграничной провинции Рондельмар. Отринув претенциозную роскошь дворцов вельмож, он стал вести простую жизнь странника. Йохан путешествовал, проповедуя свободную любовь и другие простые идеалы, привлекая последователей, число которых вскоре выросло почти до тысячи молодых людей. Заблудшие и впечатленные стекались к нему, привлекаемые обещанием спасения в следующей жизни и бесконечного разгула в этой. Его люди слонялись по деревням, снискав славу смутьянов, до тех пор, пока не оказались в одном городке, жители которого, запаниковав, обратились за помощью к стоявшему неподалеку легиону. Солдаты согласились, что пора положить конец святотатству Йохана Корина и его последователей. В полночь легион в полном составе окружил лагерь Корина, чтобы произвести аресты.
Произошедшее затем вошло в легенды и стало частью Писания: были вспышки и голоса, и легионеры погибли все до одного, погибли тысячей разных смертей. Погибли и многие последователи Корина. Пал и он сам, убитый своей сестрой-любовницей Селеной. Однако были и выжившие, которые преобразились: каждый получил силу полубога, научившись управлять огнем и бурями, вызывать камнепады и метать молнии. Они стали Благословенными Тремя Сотнями, первыми магами.
Забыв принципы любви и мира, которые проповедовал Корин, они обрушили свою месть на городок (провозглашенный затем «нечестивым местом»), спалив его дотла. Позже, поняв, чем они стали, маги заключили союз с одним из римонских сенаторов, превратившись в армию, способную без потерь уничтожать целые легионы. Они уничтожили Римонию, стерли Райм с лица земли и создали мир заново, назвав свое государство Рондийской Империей.
