Кровь. Меч. Корона полностью

Гаэлы тронули поводья и приблизились к нам. Брианна смотрела на меня, а я на неё, и понимал, что не встречал ещё ни одной девушки, которая могла бы с ней сравниться. Она была моей ровесницей, может, даже немного младше, миловидное лицо украшала россыпь веснушек, а в серых глазах блестели весёлые искорки. Я заметил, как её взгляд пробежал по золотому браслету и перстню, и задержался на рукояти Призрачного Жнеца.

Я резко повернулся и зашагал в сторону дома вождя, уверенный, что Брианна и Осви последуют за мной.

— Ты не похож на гаэла, — произнесла девушка. — Где ты выучил наш язык?

— Там же, где встретил Кигана, — хмуро ответил я. — В плену.

— Настоящий воин выберет смерть, а не плен, — вмешался Осви, и я резко остановился.

— Осви! — воскликнула девушка.

— Если ты ищешь драки, гаэл, — чеканя слова, произнёс я. — То я всегда к твоим услугам.

Тот промолчал. Я погладил рубин на рукояти меча, словно тот как-то мог меня успокоить, и мы пошли дальше. Прохожие всё так же глазели, но теперь уже не на меня, а на всадников. Это было ещё подозрительнее.

«Если душа неудержимо клонится ко злу, как это бывает в особенности у женщин, то это происходит, как нами ранее указано. Их взгляд ядовит и несёт порчу. Главным образом он вредит детям, обладающим нежным телосложением и впечатлительностью. Пророк Авелл при этом добавляет, что с божьего попущения или по какой либо другой скрытой причине злоба дьявола принимает здесь участие, если женщины заключили с ним договор.»

— Как распознать ведьму, практическое пособие для послушников Святой Церкви.

Дом вождя начинал мне надоедать. Мы стояли на входе, как просители, Киган ап Конайлли и местный вождь сидели напротив, во главе стола. Король нервно барабанил длинными пальцами по столешнице. Мэт ап Килох, откинувшись назад, равнодушно наблюдал.

— Так-так, — произнёс Киган. — Брианна ап Аргайл.

Её спутник хищно скалился, будто хотел броситься на короля, но оружие у гостей предусмотрительно отобрали. Я стоял чуть в стороне от них, положив руку на меч.

— Киган ап Конайлли, — произнесла девушка. — Теперь, когда мы поздоровались, как полагается, мы можем перейти к делу?

— Не думаю, что у тебя могут быть дела со мной, — ответил король.

Девушка улыбнулась в ответ.

— Ты ни капли не изменился, — сказала она. — Всё такой же надменный болван.

Я видел, как скривился король от этих слов, но вмешиваться не стал.

— Кто бы говорил о надменности! — воскликнул Киган. — По всей земле севернее Туида не найти женщины сварливее тебя!

— Помни, с кем говоришь, — прорычал Осви.

— Осви! — воскликнула девушка.

— Я знаю, чья кровь течёт в её жилах, — отмахнулся король. — Мне плевать, здесь я — король по праву наследования.

Брианна звонко засмеялась. Я заметил, как на лице местного вождя промелькнула тень улыбки, но он сдерживал себя. Киган нахмурился.

— Я хочу присоединиться к твоему войску, — на полном серьёзе сказала Брианна. — Вместе с Осви.

Теперь засмеялся король.

— Исключено.

— Я не спрашиваю разрешения, Конайлли, — властно произнесла девушка.

Было в ней что-то такое, что невольно вызывало уважение.

— Ещё слово, и я прикажу гнать тебя плетьми! — рыкнул Киган.

— Ты не осмелишься, — сказал Осви. — Ни один воин…

— Мне плевать! — перебил его Киган. — Я знаю, ни один гаэл не поднимет руки против неё, но здесь есть не только гаэлы. Ламберт!

Я встрепенулся, словно вырвавшись из оцепенения.

— Да?

— Возьми плеть и выгони их прочь! — король даже показал на гостей пальцем. Лицо его было перекошено от ярости.

Я медленно перевел взгляд на гаэлов, буквально кожей чувствуя их враждебность.

— Нет, — произнёс я.

В наступившей тишине было слышно только потрескивание дров в очаге и детские вопли на улице. Я увидел, как лицо Кигана меняет цвет на багрово-красный, а ноздри бешено раздуваются.

— Мой меч — твой меч, король, не больше. Я сражаюсь с твоими врагами, а не с твоими гостями, — сказал я.

Я хорошо помню тот день, даже сейчас. В тот день всё изменилось.

Киган взмахнул рукой в воздухе, собираясь ударить по столу, но передумал и откинулся назад, принимая расслабленную позу. В глазах его всё ещё бушевал гнев.

— Повёлся на смазливую мордашку, так? — процедил он. — Ты её даже не знаешь. А я знаю.

— Законы гостеприимства, король, — сказал я, но он меня даже не слушал.

— Она проклята, — сказал Киган, ухмыляясь одной половиной лица.

Брианна стояла молча, сложив руки на груди и наблюдая за нашим разговором.

— Дочь короля! Последняя из рода! — с явным садистским наслаждением продолжал король. — Но женщина не наследует.

Я заметил, как Осви сжимает кулаки, дрожа от закипающей злобы.