— В твоей квартире на двери есть восемь задвижек для дополнительной безопасности, — задумчиво протянула она. — Можно поставить восемь задвижек и на нашу дверь?
— Конечно, — ответила я. — У меня есть много лишних комплектов. Если кто-нибудь попытается к вам вломиться, я услышу шум, тут же приду и разберусь.
Феникс отреагировала мягким вздохом, похоже, означавшим согласие.
Когда мы дошли до шестого этажа, я приложила ладонь к защитной плате, и толстая стальная дверь отворилась.
— Виджей, Уэстон, я не думаю, что нам еще нужна ваша помощь, вы можете вернуться к Доннелу в зал.
Офицеры аккуратно опустили кресло Феникс на пол и повернулись к лестнице.
— Уэстон, ты когда-нибудь думал о том, как сложилась бы наша жизнь, не будь Шон Доннели так поразительно хорош собой? — спросил Виджей. — Никому из нас даже в голову бы не пришло вступить в Сопротивление.
— Истинная правда, — согласился Уэстон. — Возможно, мы бы никогда не встретились, и ты бы женился на мужчине, который в меня стрелял.
— Он стрелял ненамеренно, — сказал Виджей.
Уэстон недоверчиво фыркнул.
Я задумалась, существовал ли этот мужчина на самом деле, или Виджей и Уэстон его только что выдумали. Их шутливые перепалки обычно включали элементы правды, но богато сдобренные чистейшей фантазией.
Я двинулась к своим апартаментам, Надира толкала следом коляску Феникс, а Брейден и Тэд замыкали процессию. Пройдя через противопожарные двери в последний отрезок коридора, я почувствовала болезненное ощущение в желудке.
Обещать иномирцам квартиру рядом с моей было ошибкой. После всего, что вскрылось за последние несколько недель, я думала, мол, без проблем войду в это помещение, но ошибалась. Всплыли воспоминания шестилетней давности, а мои новые знания лишь добавили им болезненности.
Я заставила себя шагать ровно, открыла дверь в свое жилище и включила свет.
— Феникс, ты можешь отдохнуть здесь, пока мы вымоем и подготовим твою комнату в другой квартире. Надира устроит тебя со всеми возможными удобствами.
— Спасибо, — ответила иномирянка.
Я достала из кармана лекарства и график лечения Феникс и вручила их Надире.
— Теперь я покажу Тэду и Брейдену соседнюю квартиру.
Надира кивнула, а оба иномирца двинулись вслед за мной к следующей створке. От одного вида дверной ручки я ощутила абсурдное напряжение, но постаралась проговорить спокойно:
— Эта квартира принадлежала Ханне до того, как ее поймали на воровстве и переселили вниз.
Тэд нахмурился.
— Почему Ханна получила квартиру больше твоей?
Я пожала плечами.
— Она хотела больше места, а меня это не настолько волновало, чтобы спорить. Здесь никто не был шесть лет, поэтому я думаю, что потребуется серьезная уборка.
— Я могу этим заняться, — оживленно предложил Брейден. — На Адонисе я работал уборщиком.
Я взглянула на него в замешательстве.
— Я думала, ты работал пилотом.
— Так и есть, но самолеты похожи на порталы. Старые ломаются, и даже на Адонисе нет технологий, чтобы построить новые. Работы для пилотов с каждым годом все меньше, а если мы когда-нибудь доберемся до Зевса, я сомневаюсь, что для меня найдется самолет. Я подумываю научиться уходу за больными.
— Это очень хорошая идея, — согласилась я. — Ты великолепно себя проявил, помогая Надире присматривать за Феникс.
Я потянулась к дверной ручке, и меня накрыло воспоминание об одном тяжелом дне. Ханну поймали на воровстве драгоценных лекарств, хранившихся здесь, на шестом этаже. Я точно помнила плаксивые ноты в ее голосе, когда она говорила, что это глупое недоразумение.
Ханна была моей лучшей подругой, поэтому я поверила в ее версию истории и попыталась переубедить Доннела. Но он остался непоколебим, лишив Ханну доступа на шестой этаж и приказав ей переселиться вниз.
Ханне даже не дали времени забрать из квартиры вещи. Я стояла в этом коридоре, беспомощно глядя, как Доннел и два его офицера зашли внутрь и появились через несколько минут с ее пожитками, распиханными по мешкам.
Когда они ушли, я зашла в грустную опустевшую квартиру и какое-то время стояла, молчаливо горюя из-за несправедливости отца, а затем развернулась и вышла. Я в бешенстве хлопнула за собой дверью и с тех пор ее не открывала.
Почему я не догадалась, что тогда произошло нечто до ужаса неправильное? Почему не поняла, что Ханна могла быть мне настоящей подругой в лондонском детстве, но теперь работала на Изверга? Почему оставалась предана Ханне следующие шесть лет, веря ее отравляющей лжи о Доннеле?
Я вспомнила сказанные Виджеем слова, о том, как могла повернуться иначе их жизнь. Моя жизнь и отношения с отцом тоже имели шанс сложиться по-другому.
— Что-то не так? — спросил Тэд.
Когда я открыла дверь и потянулась к выключателю, в нос мне ударила мерзкая вонь.
— Да. Мы не сможем воспользоваться этой квартирой, потому что ставни прохудились и пропускают воду.
— Мы не сможем починить ставни и убрать здесь? — спросил Брейден.
— Нет. — Я включила свет и указала на толстые пятна плесени на стенах и полу. — Это ты никогда не сможешь отчистить.
— Ты права, — грустно согласился Брейден.
