— Макс, а сколько твоему богу лет, по меркам вашего мира, конечно. Интересно, старше он меня или нет.
— Ну, я совершенно точно не знаю, но когда я спасал его из лап кровавого бога то, по его словам, он провел в заточении шесть тысяч лет, и полторы тысячи он управлял моим миром. Вот и получается семь с половиной.
При словах «кровавый бог» все напряглись. Это не ускользнуло от моего внимания, но я не стал заострять на этом внимание, а решил попозже расспросить Картил. Бог почему-то срочно засобирался домой.
— Да, Макс, ты меня порадовал, так что благодарю тебя за предоставленное удовольствие, а вас всех, за честь разделить со мной стол.
Миг, и бог исчез. За столом опять повисло тяжелое молчание. Я не выдержал, и обратился к Картил, так как она здесь была самая старшая по возрасту, а, может быть, и по положению в обществе.
— Грухьен Картил, уж ты-то должна понимать, что боги просто так не появляются, но уверяю тебя, все прошло чинно и благородно, а уж как с нами распрощался бог, так это нужно в скрижалях записать. Вы что, не поняли? Он же поблагодарил вас за то, что вы составили ему компанию за этим столом. Да этим гордиться нужно, но не зазнаваться! — Добавил я, глядя на мечтательное лицо Тайшор.
Мы засиделись за накрытым столом до глубокой ночи. Пили чай со сладостями и болтали о всякой ерунде. Нам с Картил нельзя было начинать выяснять отношения по нашему магическому уровню, а остальные просто наслаждались такой замечательной ночью. Наконец Картил вспомнила об одной щекотливой теме и негромко поинтересовалась, о том, что я ей говорил насчет возможности родить ребенка. Не успел я ответить, как в разговор вмешалась Тайшор, которая во всеуслышание заявила, будто мама говорила, что детей у грухьен Картил никогда не будет. Тарус дернул молодую аристократку за рукав и что-то быстро-быстро зашептал ей на ухо. Глаза Картил наполнились слезами, но она мужественно переборола в себе это состояние. Думаю, что такая ситуация случалась в ее жизни достаточно часто. Женщины, как и маленькие дети очень жестоки в таких вопросах. Она стремительно вышла на палубу, а я неодобрительно покачал головой глядя на Тайшор. Та и сама уже поняла, что сморозила глупость и бестактность, но слово как воробей, вылетит, не поймаешь. Чтобы сгладить неловкость я предложил всем заканчивать чаепитие и ложиться спать. Посуда и подносы остались на столе, а мы с Тарусом выбрались на палубу, намереваясь спуститься к себе в трюм. Вдалеке, возле левого борта стояла фигура Картил. Я подтолкнул Таруса в направлении спуска в трюм, а сам направился к ней. Та стояла, вцепившись руками в перила ограждения палубы и беззвучно плакал.
— Слушай, грухьен Картил, давай я тебе немного напомню наши приключения. Если ты не забыла, то сначала ты помахала смерти рукой, избежав расправы над тобой глархов, потом еще раз, когда тебя укусил водяной паук. В первый раз, не буду спорить, за тебя положительную роль сыграли некоторые обстоятельства. Ведь не появись я на острове, и все, на острове образовалась бы третья кучка останков человека. Не будь такого удобного места, чтобы обмануть глархов, и они вернулись бы к тебе, предварительно сожрав меня. А вот с пауком, тут немного другая ситуация. Если ты помнишь, то моя кровь остановила действие яда. Саму картину, как действует яд, ты наблюдала прямо здесь, на корабле. Так неужели ты думаешь, что мощная лечебная сила моей крови не справится с такой незначительной проблемой, как восстановление детородной функции у женщины. Уверяю тебя, что ты сможешь забыть и о других заболеваниях, которые у тебя уже были. Даже шрамы, которые у тебя сейчас есть на теле, постепенно начнут рассасываться. Так что подумай о своем поведении и иди ложись спать, а на племянницу не обижайся, дети, они жестоки, просто потому, что не ведают того, о чем говорят. Это со временем они осознают, как были не правы. Так что иди в свою каюту и отдыхай, думаю, что Тайшор сейчас делает вид, что спит.
Картил всхлипнула, но отцепилась от фальшборта и направилась в свою каюту. Я пару раз глубоко вдохнул свежий ночной воздух, проводил взглядом, уходящую Картил, и тоже направился на свое место. Спустившись по лестнице, я прошел мимо спящих матросов и забрался в свой гамак. Только я собрался погрузиться в сон, как сбоку, где спал Тарус, услышал. — Спасибо.
— Да не за что. Ты давай спи, пока есть такая возможность.
