Воин в медвежье шкуре был спокоен, выжидал своего момента. Приказа нападать от Альберта он не получал, его функция была в устрашении, но Ричард сам начал это. Он вынул большой кинжал из-за пояса на спине, и прицеливал куда нанести удар, избегая щита и жесткие места доспехов. Такое место было, всегда и у всех, главное его во время увидеть. У Ричарда он приметил такое место ещё когда униженный лежал в грязи. На стыке двух половин доспеха, в районе печени, ослабился узел кожаных шнурков, в эту прореху идеально войдёт его кинжал, подаренный давным-давно отцом на шестнадцатый день рождения. Ричард был совсем близко, и заслонил левую сторону рукой с мечем готовясь к выпаду, это сильно усложняло задачу, но не делало ее совсем невозможной. Тем более что, Ричард не обращал на него никакого внимания, будто его вовсе и не существовало. Воин-медведь перехватил кинжал в левую руку, и приготовился к броску. Все решат секунды. Мысленно проговорил:
«Правой отодвинуть щит немного назад открывая окно для удара, левой вонзить кинжал. После чего отскочить ему за спину огибая меч, мало ли что, этот Ричард полон сюрпризов. Добить в шею при необходимости», — ему нравился план. Он собирался показать Ричарду настоящее мастерство владения холодным оружием. И вот этот момент настал, король Ричард был в зоне поражения. Воин прыгнул вперёд вытягивая правую руку. Сейчас все разрешится.
Корнеил наблюдал за всем с того самого места, где оставил его король. Он выжидал, начнется ли битва, склонялся к тому, что ее не избежать. Сейчас Ричард смертельным вихрем сметёт Альберта и на него накинутся его грозные воины — начнется бойня. И тогда, следуя приказу, он возьмёт самого проворного жеребца и помчит в замок за подмогой. Хотя Корнеила очень удивляло бездействие воинов Альберта, никто из них не выскочил ему навстречу в попытке защитить. Вон солдаты с их стороны, которых Ричард оставил на дороге для страховки, уже бежали прикрывать тылы при отходе с линии атаки. Им нужно будет подманить врага ближе к лесу под расстрел лучников, при этом сдерживая натиск на узкой тропе среди болот — таков был план. Что-то тут было не ладно, но сейчас Корнеила волновала другая деталь, воин-медведь вынул из-за спины кинжал и уже готовился к прыжку, а Ричард по видимому его не видит, ярость застлала его глаза кровавой пеленой. Нужно было что-то предпринять. Кричать нет смысла, Ричард не услышит, или не сразу поймет смысл послания, а потом будет попросту поздно. Корнеил раздвинул полы мантии, на манер монашеской, и снял с пояса не большой арбалет со сдвоенным выстрелом. Взвел тетивы, прицелился. Он хорошо умел стрелять из этой крохи, тренировался почти каждый день, ведь на дорогах много разбойников, но расстояние было велико, да ещё и цель начала двигаться. Он взял немного на упреждение, попытка была только одна, даром что снаряда было два, и выстрелил.
Воин медведь был в предвкушении, его правая рука коснулась щита потянула его назад. Ричард только сейчас обратил на него внимание, ошибка недостойная настоящего воина. Левая рука, сжимающая кинжал напряглась для финального броска и тут кисть, а затем и предплечье обожгло болью. Руку отшвырнуло в сторону от щита и Ричард промчался мимо, момент был упущен. Воин-медведь потерял равновесие и снова рухнул в грязь, едва не напоровшись на собственный кинжал брюхом. Откуда-то донёсся ликующий возглас.
Вот так все решило два арбалетных болта, выпущенных тощим, лысеющим писарем. Ричард все же настиг Альберта увязшего в грязи, проигнорировав выпад воина-медведя. Сейчас его не волновала ни возможная война, ни безоружность врага. Его направляла ярость и дух праведного отмщения. Клинок разрезал воздух, отчерчивая горизонт, и голова Альберта покинула свое прежнее место на плечах, повиснув на уцелевшем краешке плоти. Бездыханное тело ещё секунду продолжало попытки освободится от грязевого капкана, а затем рухнуло вперед извергая горячую кровь на землю.
