— Можно подумать, на доме Снейпа охранных не было! — проворчала она. Вот это уже было серьезно, очень серьезно. Тот, кто вломился в дом Снейпа, был готов убить, чтобы сохранить свою тайну. Неужели все дело в дневнике? Но, кажется, всему миру известно, что дневник в министерстве! Что-то не клеилось. Гермиона села рядом со Снейпом, держа палочку в руке. Когда-то охранять чужой сон, было для нее привычным делом. Она до сих пор отчетливо помнила то время, когда они скитались по лесам вместе с Гарри и Роном. Столько лет прошло, а, оказывается, не забылось… Отвлекаться не хотелось, а значит не почитаешь, Гермиона бросила взгляд на Снейпа, наложила диагностирующее. Вроде никаких темных проклятий… Он дышал так, словно ему снился страшный сон, на переносице залегла глубокая морщина, и Гермионе мучительно захотелось разгладить ее пальцем. Она рассматривала его впервые настолько близко, не ожидая его насмешливого взгляда или язвительного комментария: «И почему это вы так на меня пялитесь?» Интересно, что было бы, если бы они познакомились вот только что? Если бы у них не было прошлого, в котором они то и дело оказывались по разные стороны?
Гермиона устроилась поудобнее. Она во всем предпочитала основательный подход, и разглядывание Снейпа не стало исключением. Итак. У него красивые руки, факт. И если дать волю воображению, то очень легко представить, как он этими руками… Гхм, не надо давать волю воображению. Дальше… Он тощий — для кого-то явный минус, но ей и Рон нравился тем, что сколько бы ни ел, оставался поджарым. А плечи при этом широкие, бедра… Гермиона скосила глаза. Господи, какими глупостями она занимается! Им грозит смертельная опасность, а она думает о том, насколько узкие бедра у Снейпа! Надо думать о другом!
Гермиона встала и прошлась по комнате и снова бросила взгляд на неподвижного Снейпа. Что ж, надо отдать должное, иногда он бывает вполне… ничего. И словно специально, Снейп застонал гортанно, вцепляясь руками в обивку. Гермиону обдало жаром, она как воочию представила стонущего Снейпа в несколько иной ситуации.
— Все, стоп, — окоротила она себя. — Никогда бы не подумала, что долгое воздержание может сыграть со мной такую шутку! — она всегда была уверена, что секс — совершенно лишняя часть человеческих отношений. Нет, поначалу ей нравилось заниматься этим с Роном, но после рождения Рози она как-то подзабыла, что в этом такого особенного. Супружеский секс стал чем-то вроде совместного просмотра кино: мило, иногда даже захватывающе, иногда утомительно, но и без этого вполне можно обойтись.
— Таким образом Мерлин знает до чего додумаюсь! — Гермиона допила остывший чай, убрала со стола. — Надо размышлять логически… На него напали неожиданно. Даже палочку не успел вытащить, до сих пор у него в рукаве. Значит… Вот профессор выходит из камина, кто-то роется в его вещах и совсем не ожидает увидеть хозяина. Этот кто-то пугается и выпускает в Снейпа, который, может, и понять ничего не успел, заклинание за заклинанием. Значит, этот кто-то был уверен, что Снейпа не будет дома… что он, что он будет сидеть один или в компании в лифте! Но почему тот, кто напал на них в министерстве, не сообщил своему сообщнику? Или они незнакомы? Нет, тогда получается ерунда.
Гермиона снова стала расхаживать по комнате.
— Не мельтешите, — просипел Снейп. — И что это вам не сидится? — и попытался сесть сам.
— И что вам не лежится? Вас как следует приложило.
— Дайте воды, — проигнорировал он ее вопрос.
Стакан воды поплыл к нему через комнату.
— Раз вы все равно очнулись, — Гермиона снова стала ходить взад-вперед. — Послушайте, я, кажется поняла, что происходит! Вас обливиейтом не ударяло? — она остановилась прямо перед Снейпом.
— Если и ударяло, то мне забыли об этом сообщить, — он закрыл глаза и вздохнул.
— И, я так думаю, еще и Конфундусом. Но вы же устойчивый! Или он не очень опытный? Ну, как Локхарт, одно что-то может, а другое — нет. Видимо, много вам внушить не получилось, а вот вернуться в Англию…
— Я не улавливаю в ваших словах смысл, — Снейп попытался подпустить в голос яду, но вышло из рук вон плохо.
— Все очень просто. Дневник может и представляет какой-то интерес, но или не весь, или… Вы не помните, да? Но вы должны были взять тогда что-то еще, кроме дневника!
Снейп нахмурился.
— Вы хотите сказать, что кто-то ищет нечто… о чем я не помню?
— Я могу только предполагать. Но, послушайте, — она села с ним рядом и стала объяснять так, как иногда объясняла что-нибудь Рози. — Вы берете дневник и… и что-то еще. Прячете в разных местах, что естественно для вас. В Америке кто-то вас расспрашивает, но вы забываете об этом и о самом, эм, предмете. Может, на этот артефакт было наложено проклятие, или тот, кто интересовался, приложил вас сам, пока не важно. Вы чувствуете необходимость вернуться в Англию и связываете это с дневником. И вот, кажется, будто за вами бегает несколько шаек, а на самом деле есть тот, кто ищет артефакт и те, кто усиленно делают вид, что им нужен дневник и всячески отвлекают нас. То есть вас.
— А лифт?