— Смотрел. Их лучше уничтожить. Темная магия, сейчас такое точно не в чести. На, держи свои письма, — Северус встал из-за стола и подошел к стоящему у окна Люциусу.
— Нет, уничтожать это нельзя. Я знаю одно неплохое местечко… Спрячем, а когда придет время — продадим и неплохо заработаем. И заметь, я мог бы сказать, что твои бумажки пропали, но я предлагаю тебе быть со мной.
— Страхуешься, на случай, если тебе приспичит меня воскресить и получить мои личные показания о твоей верности делу света?
— Страховка никогда не бывает лишней.
— Давай спрячем и покончим с этим. У меня утром самолет. И я ненавижу их ничуть не меньше твоего.
Темнота, но теперь она двигалась, извивалась, чтобы превратиться в сумрак какого-то подземелья.
— Я бы предпочел, чтобы ни один из нас не смог взять эти записи без другого. Мне кажется, это честно для каждой стороны, — Люциус держал в руках небольшую плоскую коробку черного цвета. Явно из пластика.
— Знал бы Лорд про твой магловский бизнес, полеты на самолетах и слабость к пластику, — усмехнулся Северус. Он вспомнил — они стояли в гроте, неподалеку от меловых скал на побережье океана.
— Полукровка, выросший в приюте, — Люциус высокомерно усмехнулся. — Что он понимал? Истинный аристократизм не в том, чтобы держаться за прошлое.
— Ну конечно, — смотреть на то, как Люциус пытается вернуть себе прежний лоск, было забавно.
— А контейнер из пластика значительно надежнее других, Северус, — Люциус подошел к небольшой нише в стене, уложил коробку так, что ее почти не было видно, поднял палочку. — Ну же, присоединяйся, мы же договорились.
— То, что положили двое, только двое и возьмут. То, что знают двое, будут знать только двое, — зазвучали их голоса под сводами пещеры.
И снова темнота, мелькание огней и… дорога к Хогвартсу. Сердце защемило от самых разных чувств в преддверии долгой разлуки. И почему это Малфоя потянуло именно сюда в такую погоду!
— Ты знаешь, где можно спрятать поддельный дневник?
— У тебя паранойя, Люциус.
— Ты зачаровал его?
— Проверишь?
— Поверю. Ну же… Куда прячем?
— Я знаю одно местечко… — Темнота тайного хода, слегка разбавленная слабым люмосом. Огонек вспыхнул и погас.
«Малфой, Малфой!» — стучит в висках. Снова Малфой!
Темнота рассеялась, распалась под напором яркого электричества.
— Что случилось такого, Люциус, что ты прилетел аж в Канаду?
— Настало время забрать то, что мы с тобой спрятали.
— Ты неважно выглядишь.
— Драко… Драко совсем плох, Нарцисса сходит с ума из-за этого, а у меня почти кончились средства.
— А как же магловский бизнес?
— Не так хорошо, как хотелось бы. Вернись, Северус, хотя бы ненадолго. Я нашел покупателя на записи Саймака. Ты станешь богатым!
— Меня не очень манит богатство. Я не хочу возвращаться в Англию. И, поведай, каким образом ты нашел покупателя, если наши рты запечатаны нашим же заклинанием? Или ты нашел способ?
— О, Мерлин, — Люциус скривился, — я бы не прилетел, если бы забрал бумаги! Мы можем говорить о дневнике Саймака, но не можем показать, где они. Право, Северус! Драко не хотят лечить в Мунго, то есть лечат, но... Тебе не нужны деньги, но мне — нужны, очень нужны!
— Хорошо. Видимо мне на роду написано все время быть кому-то должным! Я вернусь, но, Люциус, будь осторожен. Те, кто интересуются подобными вещами, не вызывают доверия.
— Поучи меня вести дела, — Люциус гордо задрал подбородок. — Полетим вместе?
— Нет, я буду примерно через неделю. У меня тоже есть дела, я не могу сорваться просто так…
Люциус улыбнулся, его лицо изменилось, поплыло и превратилось в лицо Нарциссы, искаженное болью.
— Северус, что теперь делать?
Отличный вопрос, знать бы на него ответ. Люциус получил мерзкое проклятье, прямо в аэропорту, в спину.
— Ты не представляешь, его увезли в магловскую лечебницу. Отвратительно!
— Ты же смогла его забрать, он там и дня не пробыл. И подожди, не истери, дай подумать…
— Ты говорил с Драко?
— Я с ним да, он со мной — нет. Давно он так?
— Он просто с каждым днем становился все дальше и дальше от нас. Мы думали — это пройдет само, просто последствия войны. Он же был… был почти нормальный. А теперь все время молчит и смотрит в стенку. Он почти не ест, Северус! Никто не знает, что делать! Северус, ты спасешь его?
— Снова спасать Драко. Все по кругу.
— Северус, я, я спасла твою жизнь!
— Нарцисса, дай мне подумать! Помолчи хоть минуту! — он понятия не имел, что делать. — Ты знаешь, с кем Люциус вел переговоры? Ты хоть что-то узнать можешь?
— Я попробую, — Нарцисса всхлипнула, но хоть спину выпрямила и немного нервно подправила прическу.
— И мне нужен доступ в библиотеку, чтобы никто меня случайно не цапнул… ты и сама знаешь, на что способен твой дом. И вот что еще, никто не должен знать, что я приехал — пока что, и никто, ни одна душа не должна знать, что мы общались. Я сам сообщу, когда придет срок.
Что дальше? Что он еще должен был вспомнить? Он? Кто он сам? Образы крутились, вспыхивали рыжими всполохами, искрились детским смехом. Нет, это все не то, это можно забыть…
— Гермиона, — донеслось будто издалека, — Гермиона!