— Хорошо, вы умнее и более устойчивы. А Амели… там было слишком много личного, боюсь, такими темпами пришлось бы жениться, а мне этого не надо.
— Вы! Вы! У меня нет слов, чтобы вас охарактеризовать! Вам вообще не стыдно? Вы манипулируете людьми, даете Амели надежды на отношения, а сами!
— Я попал в патовую ситуацию, и мне было немного не до размышлений на тему этики и морали!
— Очень жаль!
— Но вам же интересно узнать, правда? Вам очень любопытно, что я не могу вам рассказать? — он снова заговорил как змей-искуситель.
— Почему бы мне вас не обездвижить, — она сузила глаза, — и применить легилименс, наплевав, что вы умрете? Вдруг выживете? А потом я скажу, что мне было не до этики?
— Вы так не поступите, — заявил он уверено, — вы — нет.
— Как иногда утомительно быть хорошей, — Гермиона обессиленно опустилась на стул. — Что же с вами делать?
— Вы в шаге от правды, ну же, неужели испугаетесь?
— Это не трусость, — взвилась Гермиона, — а разумная осторожность! Что может снизить риск не выйти из слияния?
— Во-первых, не так-то просто сознания слить воедино. Проще всего — любовникам, — сказал он так, словно говорил о чем-то вроде невинной прогулки.
— Что?
— Это научный факт. Не смотрите на меня так, будто я вас приглашаю в постель. Вы спросили — я ответил. Но физическая близость все упрощает, всегда проще двигаться от простого к сложному. Не обязательно иметь сразу настоящую близость. Но настроиться друг на друга…
— Мистер Снейп, если окажется, что вы таким странным образом шутите, или вам зачем-то приспичило соблазнить меня… Берегитесь!
— Если бы я хотел соблазнить вас, я бы сделал это давно, — он приблизился к ней, а она попятилась.
— Не льстите себе, ничего бы у вас не вышло, да и сейчас не факт, что выйдет!
— О, боги. Всего один поцелуй? Посмотрим, насколько мы совместимы? Возможно, я первый откажусь от этой идеи.
— Что?! Вы хотите сказать, что вам может не понравиться целоваться со мной?
— Почему бы и нет? — он пожал плечами. — Вон, Уизли от вас сбежал. Это наводит на размышления.
— Почему я до сих пор с вами разговариваю? — спросила Гермиона саму себя.
— Потому что вам нравится все небанальное, сложное, все, что бросает вам вызов?
— Не уверена. Мне надо подумать. У вас есть книги на тему? — она со всей силы старалась делать вид, что этого странного разговора о поцелуях и не только поцелуях не было.
— Кто бы сомневался, что вы их попросите, — он направился в библиотеку и Гермиона пошла за ним. — Будете читать всю ночь?
— Сколько надо — столько и буду, — отчеканила Гермиона. — Я вам не доверяю. И можно попросить сову? Боюсь, меня хватятся, я обещала быстро.
— А кофе не сварить?
— Было бы очень любезно с вашей стороны, — кивнула Гермиона, открывая книгу.
Снейп только усмехнулся. Принес сову и ушел на кухню.
«Занимаемся аналитической работой, — написала Гермиона, — буду поздно. Не волнуйтесь!»
Когда Снейп вернулся — за ним летел поднос с чашками и кофейником — Гермиона с головой погрузилась в чтение. Впервые удовольствия ей это не доставляло. Во всех книгах, которые притащил Снейп, было одно и тоже — чем ближе двое друг к другу, чем больше доверяют друг другу, чем лучше друг к другу относятся, тем проще и легче все проходит. В одной брошюре (сомнительного качества) говорилось, что такие практики очень укрепляют семейную жизнь.
— Ну хорошо хоть, что не вынужденный брак, — прошептала Гермиона себе под нос. Она уже знала, что не откажется, что рискнет. Ей было страшно — ничуть не меньше, чем когда она в образе Беллатрикс шла в Гринготс, но, как и тогда, она чувствовала азарт. Все-таки не зря Шляпа отправила ее на Гриффиндор: благородное безумие иногда с легкостью побеждало рассудок.
— Вы убедились? Еще кофе?
Гермиона словно очнулась: оказывается, она уже выпила пару чашек, а время на часах приближается к часу ночи.
— Хотите подумать еще? — это звучало как: «Трусите?».
— О, нет. Если я об этом подумаю еще, то точно не решусь.
— А вы решились?
— Ну, что ж, — она встала, поправила одежду, пригладила волосы. — Давайте, что ли, попробуем?
Снейп подошел к ней ближе и остановился на расстоянии вытянутой руки.
— Почему-то я чувствую себя людоедом. У вас очень обреченный вид.
— Вы хотите, чтобы я прыгала от восторга? — огрызнулась Гермиона. — Не тяните. Ну же.
— Он наклонился к ней, его губы были в миллиметре от нее и тут Гермиона хихикнула.
— Что? — Снейп выпрямился и оглядел себя. — В чем дело?
Гермиона попыталась сдержаться, но от этого ей стало только смешнее.
— И что же вас так развеселило?
— Не спрашивайте. Это так… глупо! Вот уж не думала, что мне придется целоваться с… с вами! Простите, — она отвернулась, пытаясь совладать с собой. — Сейчас…
— Смейтесь, смейтесь — не отказывайте себе ни в чем.
— Возможно… если бы тут было немного более… романтично что ли, то… А так... Нет, я не могу, — и Гермиона рассмеялась снова. — Ну это действительно смешно, разве нет?
Снейп криво улыбнулся.
— Надо было все-таки с Амели. Ей везде было в самый раз.
Гермиона резко перестала смеяться.
— Вы целовались с Амели?