Командир террористической группы пришел к своим подчиненным тогда, когда дело было сделано. Спортсменки тряслись от страха, политический деятель сидел на пластиковом стуле с открытым от удивления и ужаса ртом, а Недосекин, обезоруженный и прикованный наручниками к поручню лестницы, беспомощно моргал глазами.
Террористы развернули спутниковую антенну и направили ее штырь в окно. На составленных столах полнилось некое подобие компьютерного центра. Техники из числа налетчиков быстро монтировали вспомогательную аппаратуру.
Тетя Нина ползком выбралась из радиорубки, которую она только что убирала, и бросилась по коридору, ища не собственного спасения, а возможности предупредить о случившемся охрану, тех ребят, с которыми она ранним утром поджидала начальника. Она не понимала, что охраны уже давно нет в живых, старушка не знала также, что за каждым ее шагом следят.
— Мы поймали телесигнал, — отрапортовал техник главарю террористов, — можем подключиться.
— Рада, у нас все в порядке? — спросил командир террористической группы, включив рацию.
— Уборщица ведет себя неадекватно, — ответила по рации Рада. — Ее надо срочно нейтрализовать.
— Свяжись с Григоряном и Поспеловым, пусть займутся ею и тем парнем.
Главарь переключил рацию на другую волну.
— Алекс, как у тебя дела?
— Все в порядке, — передал ему сообщник, находившийся вне здания спорткомплекса, — я подключился к силовой сети, жду вашего сигнала.
— Мы будем готовы через минуту, — ответил ему главарь и посмотрел на подчиненных.
Каждый из них был занят делом. Одни продолжали минировать коридоры и подходы к зданию, другие занимались аппаратурой, третьи держали на мушке заложниц.
Кто же были эти люди в масках? Что заставило их пойти на смертельный риск? Одни считали, что должны умереть за свободу своих столетиями порабощенных народов, и это есть главное дело их жизни. Другие, как истинные мусульмане, верили, что действуют, движимые промыслом Господним.
Были и такие, которые, просто верили в свою удачу. Они рисковали жизнью, чтобы в случае удачи, получить такие деньги, которые им никогда не заработать честным трудом.
Наивные глупцы! Уж кому-кому, а главарю террористов было известно, что живым отсюда не уйти никому. Еще никому не удавалось с первого хода попасть в дамки. Впрочем, единственный шанс уцелеть есть у него, командира. И этот шанс он не отдаст никому.
Главарь террористов для начала решил взорвать бомбу рядом со зданием, чтобы заявить о серьезности своих намерений. Мина была давно установлена сообщником, и он ждал выхода в радиоэфир своего главаря. Наконец из рации, работавшей в режиме ожидания, послышался его голос:
— У нас все готово?
— Да, Вахтанг, готово. Включать?
— Давай, — сказал главарь. — Пусть рванет, пусть забегают.
— Камера тоже готова, — крикнул один из техников, — самое время выходить в эфир. Ну, сейчас поднимется такой переполох!
В Федеральном агентстве правительственной связи и информатики сразу же обнаружили непонятный сигнал, пробивавшийся в телеэфир. Сначала на этот сигнал не обращали внимания, считая его результатом технических неполадок, но когда на экранах телевизоров появилось устойчивое изображение какою-то спортивного зала с теннисными кортами, операторы, дежурившие возле контрольных приборов, оторопели.
— Ну и картинка! — пробормотал один из них. — Ведь Кубок московского Кремля отыгран.
— Так там сегодня вручение наград победителям, — равнодушно изрек другой оператор.
— Да не должно быть всего этого на экране! — махнул руками первый оператор. — Бардак какой-то! Перепутали частоты, что ли?
На экране появились люди в масках, и оператор попал, что к чему. Его рука потянулась к телефону.
— Докладывает дежурный контрольной службы телецентра, — глухим голосом сказал он. — Похоже, нам грозят крупные неприятности.
— В чем дело? — поинтересовался начальник службы контроля.
— Включите телевизор и настройтесь на канал, с которым у нас вечные неполадки.
— Так что там?
— Что-то непонятное. Кажется, в эфир вышли террористы…
— Ну ты дал!
Начальник центра подошел к телевизору и включил его. На экране появилось изображение высокого мужчины с крупными надбровными дугами и черными крапинками по коже лица. Низ лица был закрыт черным платком.
— Да это же Вахтанг Иванаускас! — воскликнул начальник центра. — Думает, его никто не узнает! Вот сволочь! Что же ты задумал на этот раз? Москву взорвать?
