Черная бандана повязана на голове узлом вперед. Темные волосы торчат во все стороны как мочало. Сидит, закинув ногу на ногу. Держит себя за колено обеими руками. На вид лет двадцать. Ну, двадцать три. Кровник смотрит по сторонам. На него. Еще раз на него. Джинсы. Куртка черная. Маленькая красная никелированная по краю капелька на тонюсенькой булавке воткнута в лацкан.
– А где тут мужичок сидел, в… – Кровник быстро нарисовал пальцами несколько невидимых мелких решеточек у себя на груди, – клетчатом пиджаке таком…
Сосед пожимает плечами. Вмятина на переносице от недавно снятых очков. Мотоциклетный шлем на сидении соседнего стула:
– Не знаю… не видел…
Кровник кивает на крохотный значок:
– Ты донор?
– Неа… я это… привез кровь короче…
– Куда?
– Сюда, куда ж…
– А… – Кровник кивнул.
– Это… – сосед постучал себя двумя пальцами по губам, – у тебя курить есть?
– Не курю, – сказал Кровник.
– А…
Кровник отвернулся.
– А это… а у тебя брата случаем родного нету?
– Нет, а что? – Кровник смотрел на него без интереса.
– Ты просто очень похож на Мишку Васильева из Ленинграда! – сказал сосед.
– Ты не из Ленинграда? – спросил он через секунду.
– Нет. – Кровник прикрыл глаза.
– О… Мишаня уникальный чувак… столько всего знает… ты про Ленинградский Эфир, слышал?
– Нет… – Сказал Кровник.
– Лет пятнадцать назад в Ленинграде по ночам стали пропадать люди…
– Так я отсюда выход вижу! – громко сосед куда-то на голос. – Там-то мест нет ни фига!
Значит, этого зовут Толян. Кровник обернулся.
По коридорчику быстро приближался крупный щекастый парниша лет двадцати пяти в белом халате. Он качал головой:
– Ну, Толян!.. Я ж на работе или где? Меня там по полной сегодня припахали с этой революцией… Одни черепно-мозговые и огнестрелы… Еще как болван вместо Бармалея подписался сегодня на вызовы ездить… Времени – ноль!..
Он остановился, шумно дыша, и взмахнул пачкой «Мальборо»:
– Чисто хотел выбежать на минутку с тобой по сигаретке выкурить!
– А!.. – Толян встал, отряхивая задницу. – Ну пошли, покурим…
– Да теперь-то уже все! – развел руками парниша в белом халате, – Пока я тебя искал перерыв –
– Фу, Жора! – воскликнул Толян, перебивая его. – Что это??? Отрастил какую-то пидоросню под носом!
Кровник увидел жиденькую полоску волосков на верхней губе Жоры. Жора обиженно притронулся к зарождающимся усам кончиками пальцев:
– Сам ты пи…
– ЖОРА!!! – громкий голос в холле, – Жора ты где???
И сразу же в коридор влетела сердитая сисястая тетка в светло-зеленом облачении хирурга, с белой повязкой и сверкающими глазами на лице.
– Лепницкий!!! – завопила она при виде юноши в белом халате. – Это как называется?!
– Да я только что отошел! – воскликнул Жора. – Меньше минуты наза…
– Позорище! – перебила его тетка. – Позорище! Ты сам вызвался подменить фельдшера сегодня!.. Такой день, все с ног сбились!.. У меня три подряд операции, я уже двадцать часов на ногах! Тебя уже все ищут! Семен все соседние корпуса обежал! Это сын хирурга Лепницкой и внук профессора Лепницкого??? Это…
– Ну, ептваю, Жора!!! – заорал появившийся из-за спины матери мужик с пышными усами, – Я тебя придушу!!!
– Семен! – взвыл парниша в белом халате. – Ты-то хоть заткнись!
– Бегом! – заорал на него мужик. – Безымянный, десять-десять! Мы еще полчаса назад должны были…
– Да, конечно! – огрызнулся Жора, – Скажи еще, час назад! Меня, блин, не было всего пять минут!..
Женщина отвесила сыну затрещину:
– Пять минут!? Ну, Лепницкий! Готовься к разговору с отцом! Пять минут, ну хам…
–
– Так его теть Тань! – крикнул Толян, улыбаясь. – Правильно!..
Женщина сверкнула глазами:
– Тебе тоже сейчас дам по!.. Чтоб не…
– Ну, теть Тань…
Он вскочил на ноги.
Все смотрели на него.
– Безымянный, десять-десять?! Что это???
– А ты шо за хрен? – спросил усатый дядька.
– Что такое Безымянный десять-десять? – повторил Кровник, – Трудно ответить?
По ночной Москве.
В быстром белом автомобиле с красными крестами на бортах.
Фонари несутся навстречу.
Пятна холодного синего света мечутся в стеклах, закрашенных изнутри молочно-белой краской. Медицинский «Рафик» на полной скорости бесшумно входит в повороты.
– А! – восторженно говорит усатый водитель, похлопывая по рулю. – Зверь! Новье! Получил прям с завода! Все в масле! Сам обкатал!
Кровник кивает. Он надеется, что это выглядит уважительно и хотя бы отчасти походит на улыбку.
Он напросился.
Побежал за пухлым Жорой по коридору, хватая его за халат. Сказал, что это срочно. Что вопрос жизни и смерти. Наплел еще, выдумывая на ходу. Спроси его сейчас Жора что-нибудь – не знал бы что ответить, потому что не вспомнит. Потому что все силы уходят на то, чтобы не заснуть.
Но Жора молчит. Поверил. Разрешил залезть в машину.
