– Теперь у меня есть все… Все!.. У меня и оркестр есть!.. Оркестр штаба флота, прикинь?.. Морячки… С дирижером!.. Хоть танцы бля устраивай…
Он замолчал. Сидел, глядя прямо перед собой.
Кровник пристроил локти на карту, вложил подбородок в ладони. Прикрыл глаза.
– Раньше? – спросил генерал у пустоты перед собой. И ответил ей же:
– Точняк. Раньше надо было замечать… Крадутся по пятам… шаг в шаг… Присосались к брюху… К вымени… К народу… К человекам… Сосут силу людскую… Мудрость… Власть? Теневая… Экономика? Теневая. А попробуй их поймать… Сквозь пальцы, как песок…
Генерал схватил пластиковую линейку, лежащую в углу стола рядом с пачкой карандашей, и шлепнул ей Кровника по лбу. Кровник вздрогнул. С неудовольствием разлепил воспаленные веки. Заморгал. Потрогал лоб.
– Когда Солнце в зените, – Черный показал линейкой туда, где, по его мнению, находится зенит, – …в своей наивысшей точке… Когда оно, ликуя, упивается своей силой на самой вершине… Они исчезают… Да… Но как только оно сдвигается на миллиметр – оно само порождает их. Новые тени. И опять. Все по новой…
– Я могу сделать только один вывод из всего, что ты сегодня наплел: их невозможно победить… – сказал Кровник устало. – Так?!
– Да. И нет.
– У меня боец вон недавно… сам помирает, а все об их бессмертии талдычит… Откуда они это все берут?.. Молодняк… В школе им, что ли, сейчас на политинформации об этом рассказывают?.. Или в туалетах на переменах?..
Генерал оставил линейку в покое:
– Когда я говорю, что неизвестно, живут ли они вечно, я имею в виду следующее: даже если тот самый первый кровосос до сих пор существует и бегает по ночам – ему сейчас не больше восьмидесяти лет, понимаешь? Все это их пропаганда! Для того, чтобы сделать на этот счет какие-то выводы, нужно понаблюдать за ними подольше, разве нет? Восемьдесят лет это… Че ты лыбишься?..
Кровник действительно криво ухмылялся.
– Да соглашаюсь я… – сказал он, сонно хлопая глазами, – Мой дед и в восемьдесят шесть мог мешок зерна, на плече нести пару километров… Просто это не пропагандой сейчас называется…
Он постучал себя ладонями по щекам.
– Сейчас это называется реклама… – сказал Кровник и кивнул на канистру: – Наливай…
– Комар – это маленькая летающая машинка, работающая на крови. А люди для них кто? Люди для них большие АЗС… Батарейки. Не будет крови – машинка сломается и умрет… А комары, они ведь, твою мать, тоже не всех подряд кусают… а только тех, кто повкуснее… кто выделяет больше тепла, углекислого газа и молочной кислоты… она в поте содержится… так что из двух в этой комнате они выберут того, кто теплее и кислее…
– Слушай, ты мне зубы не заговаривай… – сказал генерал. – Комары и газ… Что в чемодане?
