— В то время как Бьёрн Хольм, — продолжал Юхан Крон, — был просто хорошим человеком. Хорошим другом. Хорошим мужем. Не так ли?
— Так, — согласился Харри, ощущая, как в горле возникает ком. Он поднял пустой стакан, подавая знак бармену.
Крон глубоко вздохнул.
— Бьёрн Хольм убил не тебя, а женщину, которую ты любил, потому, что только так он мог заставить тебя страдать так же, как страдал он сам.
— Довольно, Крон.
— Я имею в виду, Харри, что это одно и то же. Терри Воге хочет опозорить Маркуса Рёда, как был когда-то опозорен сам. Подвергнуть его общественному осуждению. Это может сломать, человека, понимаешь? Заставить свести счеты с жизнью. У меня были клиенты, которые так поступали.
— Маркус Рёд — не Бьёрн Хольм. Его не назовешь хорошим человеком.
— Возможно. Но он невиновен. Во всяком случае, в этом деле.
Харри закрыл глаза.
— Спокойной ночи, Харри.
Когда Харри открыл глаза, Юхан Крон уже покинул бар, а на столике стоял новый стакан виски.
Он попытался пить медленно, но решил, что это бессмысленно, и выпил залпом. И вскоре заказал еще — всего один.
Вошла женщина. Стройная. Красное платье, темные волосы, гибкая спина. Было время, когда он повсюду видел Ракель. Теперь это прошло. И он скучал по ней, даже по ночным кошмарам. Женщина у стойки, словно почувствовав на своей пояснице его взгляд, обернулась. Мимолетно посмотрела в его сторону и сразу отвернулась обратно. Но он успел увидеть: в ее глазах не возник интерес, только легкая жалость. Она поняла: человек на диване очень, очень одинок. С таким не хочется иметь ничего общего.
Когда Харри заползал в постель, он никак не мог вспомнить, как же попал в свой номер. Как только он закрыл глаза, в его голове тут же снова закрутились две фразы:
Зазвонил мобильник, засветился экран. Он повернулся, взял телефон с тумбочки. Пришло MMS с номера с префиксом 52. Он без труда догадался, что номер мексиканский — на снимке оказалось лицо Люсиль на фоне стены с облупившейся краской. Без макияжа она выглядела старше. К камере она повернула ту сторону лица, которая, как она утверждала, была красивее. Необычно бледная, Люсиль все же улыбалась, будто утешая человека, который, как она знала, получит этот снимок. И Харри пришло в голову, что этой же сочувственной добротой светилось лицо его матери, когда она стояла в дверях класса с коробкой для завтрака.
Фотографию сопровождало несколько английских слов:
Было без пяти десять. Катрина и Сон Мин стояли у входа в конференц-зал, держа по чашке кофе. На утреннее совещание сходились и остальные члены следственной группы и, проходя мимо них, бормотали приветствия.
— Именно, — сказал Сон Мин. — Итак, Холе считает, что преступник — торговец кокаином, который был на той вечеринке?
— Похоже на то, — ответила Катрина и взглянула на часы. Харри обещал приехать пораньше, а до назначенного времени оставалось всего четыре минуты.
— Если кокаин был таким чистым, возможно, этот человек ввез его в страну сам. Контрабандой. И не только его.
— Что ты имеешь в виду?
Сон Мин покачал головой.
— Просто предполагаю. Недалеко от места происшествия валялся пустой пакетик из-под антипаразитарного порошка. Похоже, этот пакетик тоже провезли контрабандой.
— Вот как?
— Препарат запрещен у нас в стране. В его составе есть мощные токсины против многих кишечных червей, в том числе опасных видов.
— Опасных?
— Паразиты могут оказаться смертельными для собак и заражают людей. Я слышал о паре хозяев, которые подхватили от своих собак таких червей. Они поражают печень, очень неприятные последствия.
— Хочешь сказать, этот убийца может быть владельцем собаки?
— Который кормит питомца антипаразитарным средством на свежем воздухе, перед тем как убить и изнасиловать свою жертву? Нет, конечно.
— Так почему же…
— Вот именно — почему. Потому что мы хватаемся за соломинку. Тебе встречались видео, как американские дорожные полицейские останавливают автомобилистов из-за небольшого превышения скорости или из-за неработающего заднего фонаря? Видел, как осторожно они подходят к машине, будто нарушение правил дорожного движения — знак того, что перед ними весьма вероятно закоренелый преступник?
— Да, и я знаю почему. Потому что это и правда весомый признак того, что нарушитель окажется преступником. На эту тему проводили множество исследований.
Сон Мин улыбнулся.
— Вот именно. Нарушители правил. Вот и все.
— Хорошо, — произнесла Катрина, снова проверяя время. Что же произошло? Она опасалась, что Харри может полностью слететь с катушек. Она видела это по его глазам. Но все же обычно он держал свое слово. — Если ты взял этот пакетик с собой, ты должен отнести его в лабораторию.
