Я должна была признать, что было довольно круто осознавать, насколько я теперь сильна, несмотря на то, что мне надирали задницу целый час подряд. Я так привыкла съеживаться перед Райаном или Карсоном, что это сильное ощущение в моих конечностях было почти пугающим. Я не знала, что с этим делать, но знала, что хочу узнать больше. Мне надоело чувствовать себя слабее всех вокруг. Чем дольше я проводила среди других дарклингов, тем более человечной я себя чувствовала, и ненавидела это. Я не была человеком. Я была дампиром, и хотела почувствовать себя им хоть раз в жизни.
Фауст заставил меня научиться прыгать достаточно высоко, чтобы хвататься за ветви деревьев, вращаться достаточно быстро, чтобы выскользнуть из чьих-то рук, и пинать достаточно сильно, чтобы переломать человеческие кости. Все это было очень элементарно по сравнению с тем, на что, я знала, они все были способны, но я действительно чувствовала себя немного увереннее перед возвращением в Нок-Сити сегодня вечером. В глубине души я понимала, что это, по сути, эффект плацебо, но пока этого достаточно.
Я лениво гадала, что бы моя мама подумала обо всем этом, или о переменах во мне. Я задавалась вопросом, подозревала ли она вообще, что я все еще жива, или Райан сказал ей, что я была взорвана в доме Ковена Ноктюрн. Мне интересно, оплакивала ли она меня так же, как Шона, или ей было проще просто забыть, что я когда-либо была рядом. Она была ужасно хороша в этом, пока я жила под ее крышей, так что не могу представить, что она была слишком расстроена из-за этого.
Слишком часто мне приходилось видеть выражение ее лица, когда она стояла позади Райана, как пустая кукла. В ее остекленевших глазах не было ни единой мысли, несмотря на то, какой безупречной она выглядела. Мое сердце все еще сжималось при мысли об этом пустом выражении, вспоминая дни, когда моя мама была доброй и любящей. Было время, много лет назад, когда она действительно была совершенством. Я скучала по той версии Элоди, но в глубине души знала, что она никогда не вернется. Райан разрушил ее так же, как пытался разрушить меня. Тем не менее, это не помешало бы мне попытаться вытащить ее, когда придет время. Даже после всего, через что она заставила меня пройти из-за своего неправильного жизненного выбора, я все еще любила ее. Помоги мне Бог, но это так.
В сотый раз взглянула на фотографию на прикроватной тумбочке, глядя в голубые глаза Шона. Хотелось бы чтобы он был здесь. Сейчас как некогда мне необходим совет старшего брата. Он точно знал, что делать. Он был бы сильным. Сильнее меня. Шон был тем, кто должен был стоять здесь вместо меня, а я должна была быть тем, кого прямо сейчас похоронили в земле. Все это было чертовски несправедливо.
Расхаживая по комнате и постоянно проверяя время на часах на ночном столике, я в промежутках выглядывала в окно и на изображения моего брата. Мы уезжаем в полночь, когда большинство людей в городе ложатся спать. Я приняла душ и переоделась в халат по просьбе Бастиана. Его точными словами были «одежда не нужна». Я думала, что он шутит, пока не появилась Кейт с этим черным шелковым комплектом, и теперь я стояла как идиотка, не зная, что делать. Мой желудок скрутило в узел, пока ждала стука в дверь. Я никогда не видела, как исполняют заклинание очарования, поэтому понятия не имела, что это вообще за собой влечет, но все придавали большое значение тому, насколько это опасно.
Жаль, что у меня сейчас нет доступа к долбаному компьютеру. Я бы провела прошлую ночь, исследуя заклинания очарования… и, вероятно, магию в целом. Может быть, даже небольшое исследование о брачных связях оборотней. Человеческие школы не учили нас подобным вещам и предпочитали держать большинство людей в неведении. Вероятно, это было фактором, способствующим безудержному распространению невежества в городе. Люди, как правило, боялись всего, чего не понимали, вместо того, чтобы просто проводить исследования самостоятельно. Ненавидеть вещи было легче, чем понимать их.
Боже, люди действительно были идиотами, не так ли? Включая меня. Я не могу поверить, что всю свою жизнь ходила с закрытыми глазами, не ведая обо всем, что происходило вокруг меня, в то время как моя собственная кузина всё поняла и присоединилась к правильной стороне истории. Впервые я задумалась, насколько на самом деле меня ненавидели в темных кварталах. Они называли меня Ангелом Нок-Сити… но так ли это было? Или я была куклой политика? Может быть, презрение Фауста ко мне имело какой-то смысл.
