– А я уже объяснял тебе, что ты никогда не оставлял службы. Твое изгнание организовали предатель и вор. Ни один суд, военный или гражданский, не утвердил бы решение этого трибунала.
– Конечно, отец, – спокойно согласился Таниэль.
Фельдмаршал с трудом сдерживал себя. Он уже раз десять говорил об этом с сыном, и тот всегда признавал правоту отца. Но так и не надел нашивки майора.
– Это может оказаться ловушкой, – заметил Таниэль.
Тамас покачал головой:
– Мы все проверили.
– Значит, Ипилл действительно хочет мира?
– Во всяком случае, он пытается нас в этом убедить.
– Мы можем просто убить его.
– Я уже предлагал, – решительно кивнул Олем.
Тамас вздохнул. Отвечать было необязательно. Как бы ни хотелось насадить на штык голову Ипилла, он должен сейчас действовать как политик. Все должно произойти законным путем. «Кроме того, – напомнил он себе, взглянув на группу всадников, поднимавшихся по тракту в нескольких сотнях ярдов от него, – это нужно сделать не моими руками».
– Добрый день, моя леди! – поприветствовал он леди Винсеслав.
Она была одета в ярко-красный дорожный костюм и черные сапоги, поперек седла лежал карабин. Леди остановилась рядом с Тамасом и посмотрела ему прямо в глаза:
– Абракс в ярости.
– Знаю.
– Я тоже.
– И об этом догадываюсь.
– Глупец, вы едва не потеряли нас.
Она говорила ровным голосом, недоуменно приподняв бровь. Но Тамас слишком давно знал леди и потому сразу понял, что она очень расстроена.
– Но все же не потерял.
– Вы неисправимы. Здравствуйте, Олем. Здравствуйте, Таниэль.
Олем кивнул, а Таниэль подошел к ней и поцеловал руку:
– Добрый день, моя леди.
– Рада видеть, что вы живы. И не благодаря этому человеку.
Она дернула подбородком в сторону Тамаса, и тому пришлось проглотить горький упрек.
– Вы уверены, что хотите остаться в адроанской армии? – продолжила леди Винсеслав. – Я заплачу вам вдвое больше.
Тамас впился глазами в сына, а тот, казалось, наслаждался этой напряженной паузой.
– Мое место здесь, леди, – наконец ответил Таниэль. – Во всяком случае, сейчас.
– Жаль.
– Можно вас на два слова, моя леди? – попросил Тамас.
Они отъехали в сторонку, и Тамас склонился к ней.
– «Крылья Адома» продолжат помогать нам в этой войне?
– У меня появились серьезные сомнения относительно душевного здоровья адроанского фельдмаршала, – ответила леди Винсеслав, жестко взглянув на него.
– А вы сами всегда принимали правильные решения? Напомнить вам о скандале с вашим бригадиром пару месяцев назад?
Леди Винсеслав скривила губы:
– В таком случае ответьте мне, хватит ли у вас пальцев на руке, чтобы пересчитать всех молодых особ, с которыми вы переспали? А на двух руках? Может быть, стоит подключить и ноги?
– Взаимные упреки ни к чему не приведут, – натянуто улыбнулся Тамас.
– Это все, на что вы способны? А где же знаменитая усмешка, которой вы когда-то сражали всех наповал? – Леди Винсеслав покачала головой, прежде чем он успел что-либо ответить. – Я приехала сюда как член комитета, а не как владелица «Крыльев Адома». На этой неделе мы понесли немыслимые потери и еще не решили, что делать дальше. – Тамас открыл было рот, но леди Винсеслав наклонилась к нему и прошептала: – Мы собираемся выйти из войны. Но я не стану объявлять об этом в ближайшие дни. Сколько бы ни протянулись переговоры, мы будем удерживать фронт все это время.
У Тамаса пересохло в горле.
– Спасибо, – еле слышно пробормотал он и добавил громче: – Хорошо, я с нетерпением буду ожидать вашего ответа.
Ее решение огорчило фельдмаршала. Если Ипилл решит продолжить войну, наемники будут нужны Тамасу больше, чем когда-либо прежде. Но сейчас было не лучшее время для споров.
Фельдмаршал заметил, как кто-то присоединился к свите леди Винсеслав. Он нахмурился и развернул коня навстречу приближающейся наезднице.
– Нила, если не ошибаюсь?
– Прачка, ставшая Избранной, – кивнула она, вцепившись в луку седла, и сердито посмотрела на чалую лошадь, беспокойно переступавшую под ней.
– Давно ездите верхом?
– Нет, всего третий раз.
– Ясно, для новичка у вас неплохо получается.
– Благодарю вас.
– Нила, могу я узнать, что вы здесь делаете?
– С вашего позволения, Избранная Нила, сэр. Меня прислал сюда Избранный Борбадор.
– Прислал вас, Избранная Нила?
– Именно так.
– Зачем?
– Присутствовать на переговорах.
Тамас раздраженно прищурился:
– Не хотелось бы показаться невежливым, но вы – прачка, лишь недавно ставшая ученицей Избранного. Что заставило Бо подумать, будто вы должны присутствовать на государственных переговорах?
– Он сказал, что мне нужно привыкать к таким вещам.
– Он так сказал? Ну так вот, возвращайтесь к Бо и скажите ему, что это неприемлемо.
Улыбка на лице девушки погасла, но, к ее чести, Нила не двинулась с места.
– Я не собираюсь это делать, сэр.
– Даже если я прикажу вам?
– При всем уважении к вам, я не подчиняюсь вашим приказам, сэр.
Тамас заметил, что она нервничает. Поводья в руках девушки дрожали. Может быть, Бо придумал для нее такое испытание – поспорить с самим фельдмаршалом Тамасом?
– Но я могу запретить вам участвовать в переговорах.
