Ричер поднял раскрытую ладонь, на которой лежала хромированная звезда. Снова у него в руках находился жетон полицейского. Он ощутил прилив возбуждения. Конечно, это не так классно, как показать жетон отдела уголовных расследований армии США, но звезда произвела впечатление на Бобби, и он раздумал закрывать дверь.
— Полиция, — сказал Ричер. — Нам нужно поговорить с твоей матерью.
— Полиция? Ты?
— Нас мобилизовал Хэк Уокер. Действует на всей территории округа Эхо. Где твоя мать?
Бобби ответил не сразу, посмотрел на ночное небо и понюхал воздух.
— Скоро начнется буря, — заявил он. — Она уже движется к нам. С юга.
— Где твоя мать, Бобби?
Бобби вновь немного помолчал.
— В доме, — наконец ответил он.
Ричер пропустил Элис вперед, и они оказались в красной прихожей, где висело зеркало и стояли ружья. Внутри было на пару градусов прохладнее. Где-то в глубине дома шумел старый кондиционер. Они прошли по коридору в гостиную. Расти Грир сидела на том же стуле, на котором Ричер увидел ее в первый раз. И одета она была в том же стиле: тесные джинсы и блузка с бахромой. Аккуратно уложенные волосы похожи на гладкий шлем.
— Мы здесь по официальному делу, миссис Грир, — сказал Ричер, показывая звезду. — Нам нужны ответы на некоторые вопросы.
— Или что, большой мужчина? — презрительно спросила Расти. — Ты меня арестуешь?
Ричер выдвинул стул и уселся напротив Расти. Она пристально посмотрела на него.
— Я не сделала ничего дурного, — сказала она.
Ричер покачал головой:
— По правде говоря, вы все сделали не так.
— Например?
— Например, моя бабушка умерла бы, прежде чем позволила бы увезти своих внуков. В буквальном смысле слова. «Через мой труп», — сказала бы она и стояла бы на своем до самого конца.
Наступила тишина, нарушаемая лишь шумом работающего кондиционера.
— Это сделано для пользы ребенка. И у меня не было выбора. У них имелись бумаги, — заявила Расти.
— Вы отдавали своих внуков прежде?
— Нет.
— Так откуда вы могли знать, что у них были правильные бумаги?
Расти лишь пожала плечами и ничего не ответила.
— Вы проверяли?
— Как я могла? Они выглядели вполне нормально. Все нужные слова: «вышеупомянутый», «в дальнейшем», «штат Техас».
— Это были фальшивки. Ребенка похитили, миссис Грир. Они похитили вашу внучку для того, чтобы оказывать давление на вашу невестку.
Ричер смотрел в ее лицо, он ждал, когда на нем появится понимание, вина, стыд или раскаяние. И выражение появилось, вот только Ричер не мог понять, что оно означает.
— Нам необходимо описание. Сколько их было?
Она не ответила.
— Сколько людей пришло за вашей внучкой, миссис Грир?
— Двое. Мужчина и женщина.
— Белые?
— Да.
— Как они выглядели?
Расти вновь пожала плечами:
— Самые обычные, ничего особенного. Как и следовало ожидать. Именно такими и должны быть работники социальной сферы. Из города. У них была большая машина.
— Волосы? Глаза? Одежда?
— Волосы вроде бы светлые у обоих. Дешевая одежда. Женщина была в юбке. Кажется, у нее голубые глаза. Мужчина довольно высокий.
— А машина?
— Я ничего не понимаю в машинах. Большой седан. Самый обычный. Не «кадиллак».
— Цвет?
— Серый или голубой. Светлый.
— У вас на кухне есть какой-нибудь сухой пирог?
— А что?
— А то, что я с радостью засунул бы его в вашу глотку, чтобы вы задохнулись. Эти светловолосые белые люди с голубыми глазами убили Ала Юджина. А вы отдали им свою внучку.
Она уставилась на Ричера:
— Убили? Ал мертв?
— Да, он умер через две минуты после того, как его вывели из машины.
Она побледнела, ее губы зашевелились.
— А как насчет… — начала она и смолкла. — Как насчет…
Она так и не сумела произнести имя Элли.
— Пока нет, — сказал Ричер. — Но это только моя догадка. И надежда. И пусть это будет вашей надеждой. Если они причинят ей вред, знаете, что я сделаю?
Она ничего не ответила. Только поджала губы и затрясла головой.
— Я вернусь сюда и сломаю вам спину. Я поставлю вас на ноги и сломаю вашу спину, как гнилую ветку.
Они заставили ее принять ванну, и это было ужасно, потому что один из мужчин наблюдал за ней. Он был низкорослым, его голову и руки покрывали черные волосы, и он стоял возле двери ванной, пока она мылась. Мамочка говорила ей: «Никто не должен видеть, как ты раздеваешься, в особенности мужчины». А он смотрел на нее, не отводя глаз. И у нее не было пижамы, чтобы надеть ее после ванны. Элли не взяла с собой пижаму. Она ничего не взяла с собой.
— Тебе не нужна пижама, — сказал мужчина. — Здесь слишком жарко.
Он стоял у двери и смотрел. Она вытерлась маленьким белым полотенцем. Ей нужно было пописать, но она не собиралась позволять ему смотреть на это. Ей пришлось протиснуться мимо него, чтобы выйти из ванной. И двое других смотрели, как она шла к постели. Другой мужчина и женщина. Они были ужасные. Они все были ужасные. Она забралась в постель, натянула на голову простыню и изо всех сил постаралась не заплакать.
— Что теперь? — спросила Элис.
— Обратно в Пекос, — ответил Ричер. — Я не хочу оставаться на одном месте. К тому же нам еще многое сегодня предстоит сделать. Но не нужно ехать быстро, ладно? Мне необходимо подумать.
