Кровавое евангелие полностью

Он показал ей раскрытую ладонь. Кровотечение из пореза внезапно прекратилось, словно кто-то перекрыл невидимый кран. Даже кровь, собравшуюся по краям раны, втянуло обратно в руку.

— А вы показываете нам этот крутой фокус для того, чтобы… — не досказал Джордан.

— Секрет заключается в нашей крови. Она самостоятельно обеспечивает и регулирует кровоток по нашим телам, являясь как бы живой силой. А это значит, что кровотечение из нанесенных нам ран останавливается почти мгновенно.

Эрин наклонилась ниже над его ладонью.

— Так, значит, для того, чтобы гнать по телу кровь, вам не требуется сердце? Кровь сама регулирует свой ток?

Рун склонил голову в знак благодарности за ее понимание сути дела.

Эрин задумалась над тем, что может из этого следовать. Не это ли лежит в основе легенды о живых мертвецах? Стригои кажутся мертвыми потому, что они холодные и у них нет бьющихся сердец?

— Ну, а как насчет дыхания? — спросила она, ожидая подробного объяснения.

— Мы дышим лишь для того, чтобы обонять и говорить, — объяснил Рун. — Поскольку в других жизненных функциях дыхание не участвует. Мы способны задерживать дыхание на бесконечно долгое время.

— Более приятная новость, — пробормотал Джордан.

— Надеюсь, теперь вы поняли? — заключил Рун. — Как только что предостерегал вас кардинал Бернард, если вы нанесли колотую или резаную рану стригою, не останавливайтесь, продолжайте резать и колоть его. Ни в коем случае не думайте, что он смертельно ранен, потому что такого не бывает. Будьте все время наготове.

Джордан кивнул.

— Слабым местом стригоев является воздействие на них огня, серебра, солнечного света, а также нанесение им ран настолько серьезных, при которых они не могут достаточно быстро остановить кровотечение.

Джордан, склонив голову, внимательно рассматривал выложенное на столе оружие. По его виду было заметно, что сейчас он более встревожен, чем за минуту до этого.

— Спасибо за ободряющую установку, — пробурчал он.

Кардинал обвел своей одетой в перчатку рукой несколько разложенных на столе кинжалов и ножей.

— Все это оружие покрыто серебром и освящено церковью. Я думаю, вы сочтете их более эффективными, чем нож, который вы носите возле лодыжки, сержант Стоун.

Джордан брал в руки каждый клинок, осматривал его и, качая на вытянутой руке, прикидывал вес. Выбрав нож с костяной рукояткой и лезвием длиной не меньше фута, он внимательно осмотрел его.

— Да это же американский нож «Боуи».[49]

— Подходящее оружие, — согласился Рун. — Он изготовлен и использовался во время Гражданской войны, а сюда его принес один из братьев нашего Ордена, который погиб в сражении при Антиетаме.[50]

— Одного из самых кровопролитных сражений нашей войны, — добавил Джордан.

— После этого его лезвие было покрыто серебром, — произнес Рун, глядя на Джордана. — Пользуйся им умело и с достоинством.

Стоун кивнул, с грустью подумав о прежнем владельце кинжала.

Эрин припомнила сражение на ножах в усыпальнице. Теперь она никогда бы не стала беспомощно прятаться в саркофаге.

— Мне тоже нужен такой же. А пистолет?

— А вы умеете стрелять? — поинтересовался кардинал.

— В подростковом возрасте я охотилась — но никогда не убивала того, кого не намеревалась съесть.

Джордан снова улыбнулся ей своей насмешливо-презрительной улыбкой.

— А сейчас думайте о том, как застрелить того, кто намерен съесть вас.

Эрин через силу улыбнулась, все еще не в силах прийти в себя от мысли, что ей предстоит убивать кого-то, пусть даже стригоев. Ведь они выглядят как люди; они и были когда-то людьми.

— Они без колебания убьют вас или поступят с вами куда хуже, — сказал Рун. — Если вы не сможете подготовить себя к тому, что вы должны лишать их жизни…

— Хорошо, хорошо, Рун, — прервал его кардинал. — Но ведь не всем предстоит солдатская работа. Доктор Грейнджер будет путешествовать в качестве ученого. Я уверен, что вы с сержантом Стоуном обеспечите ее безопасность.

— Лично я не разделяю вашей непоколебимой уверенности в наших способностях, — скептически заметил Рун. — Она должна быть готова к тому, чтобы защищать себя.

— Я к этому и готовлюсь.

Свой выбор Эрин остановила на пистолете «ЗИГ-Зауэр».

— Отличное оружие, — похвалил ее выбор кардинал, передавая ей несколько коробок с посеребренными боеприпасами.

Она положила пистолет в наплечную кобуру, представляя себе, как нелепо та выглядит на ее длинном платье — словно наряженная для роли в шоу в стиле «Дикий Запад».[51]

— Я могу купить здесь джинсы?

— Я прослежу за этим, — обещал Бернард, а затем показал на одежду, развешанную на плечиках по стене: два длинных кожаных плаща. — Кстати, это тоже для вас.

Джордан подошел ближе и пощупал пальцами более длинный плащ.

— Из чего он сшит?

— Из волчьих шкур богопротивных тварей, — шутя, ответил кардинал. — Такая кожа непроницаема ни для ножа, ни для пули.

— Похоже на бронежилет, — одобрительно заметил Джордан.