– Ну как, кормить твоего братца дальше?
Злоба буквально выплескивалась из его глаз, сменяясь страхом – он боялся за жизнь брата и боялся Баторию. А она, удовлетворившись содеянным и отпустив Рафика, оттолкнула его от себя. Он, хныча, как младенец, подобрался на четвереньках к Тареку, его губы, покрывшиеся волдырями, кое-где еще дымились.
Тарек, опустившись на колени, успокаивал своего все еще не опомнившегося брата.
Батория почувствовала себя виноватой – она ведь знала, что умственное развитие Рафика было на уровне маленького ребенка, но она должна быть твердой – более твердой, чем любой из них.
Магор, ползя на брюхе, приблизился к ней, обнюхал ее, убеждаясь, что с ней все в порядке, и одновременно демонстрируя ей своей позой, что он целиком и полностью признает ее вожаком этой своры. Батория почесала у него между ушей, принимая его волчье почтение. Встав над Тареком, она ожидала подобного и от него.
Его голова медленно склонилась, глаза потупились.
Батория вернулась к своему лежбищу на листьях и поднесла бинокль к глазам.
Теперь ей предстояло одолеть еще одного.
Едва Эрин переступила через порог маленькой двери в заднем фасаде аббатства, знакомый запах дыма горящего дерева вернул ее снова к тому времени, когда она была обязана постоянно обеспечивать дом дровами и водой.
Это показалось ей очень странным. Зачем сангвинистам огонь? Разве они любят тепло, танцующее пламя, потрескивание угольков? А может быть, в этой части аббатства жили люди?
Шагнув за порог, Эрин остановилась рядом с Джорданом у входа в длинный каменный коридор, конец которого был скрыт в темноте. Путь им преградил ангельского вида священник, с виду не более чем мальчик.
– Я брат Леопольд, – приветствовал он их, сопровождая свои слова легким поклоном; в его речи слышался сильный баварский акцент. На нем было простое монашеское одеяние, а на лице – круглые очки в проволочной оправе. – Позвольте мне включить свет.
Он протянул руку вперед, но Джордан перехватил ее со словами:
– Никакого освещения, пока мы все не отойдем от двери.
– Простите мою неосмотрительность. – Брат Леопольд зашагал вперед по длинному коридору. – Здесь, в провинции, мы привыкли к спокойной жизни. Прошу вас следовать за мной.
Он повел их по темному коридору к лестницам. В темноте Эрин, споткнувшись, чуть не столкнула провожатого вниз по ступенькам, но Рун, изловчившись, подхватил ее за локоть и поставил прямо, его рука была крепкой и в то же время холодной.
Джордан сунул ей в руку пару очков ночного видения.
– Раз уж мы захватили с собой эти игрушки, возможно, они нам действительно понадобятся. Как говорят, в чужой монастырь со своим уставом…
Эрин надела очки и закрепила их на глазах с помощью эластичного ремешка, перекинутого за голову. Весь мир сразу покрылся зелеными тенями. Она с трудом различала ступеньки. Вместо грубых каменных плит под ногами был протертый линолеум, похожий на тот, который можно встретить практически в каждом университете.
Этот незначительный показатель соответствия принятому стандарту успокоил ее.
Из любопытства Эрин переключила свои очки на инфракрасный режим и сразу увидела рядом с собой свет теплого тела Джордана. Инстинктивно она приблизилась к нему.
Взгляд, направленный на их провожатого, показал, что тот пропал – хотя она отчетливо слышала его шаги по ступенькам лестницы. Его тело явно не излучало тепла. Несмотря на свою ангельскую внешность, он вовсе не был молодым человеком. Он был сангвинистом. Обеспокоенная этой мыслью, Эрин снова переключила очки на режим ночного видения.
Они дошли до нижней площадки лестницы, и тут путь им преградила стальная дверь с электронным замком.
Брат Леопольд набрал на клавиатуре пятизначный код, и дверь распахнулась.
– Поторопитесь, прошу вас.
Эрин, оглянувшись через плечо, вдруг почувствовала страх и задумалась над тем, какая опасность может их подстерегать.
– В этом помещении установлено устройство климатического контроля, – с ободряющей улыбкой пояснил брат Леопольд. – Больше ничего, поверьте мне.
Эрин быстро вошла в дверь, следом за ней вошел Джордан, все еще демонстрирующий свою готовность к любым неожиданностям.
Протянув руку, брат Леопольд повернул выключатель. Зажегся свет, почти ослепив Эрин, глаза которой все еще были прикрыты очками. Она и Джордан мгновенно сорвали с себя эти не нужные сейчас предметы экипировки.
– Прошу прощения, – извинился брат Леопольд, поняв, что он сделал, включив свет без предупреждения.
