Он остановился, чтобы перевести дыхание и вкусить сладость оваций. Кто-то крикнул: «Вот люди, которые злоупотребляют нашей свободой», — и толпа ответила на эти слова грозным гулом. Брошенный кем-то камень попал в лицо депутата. За ним градом полетели апельсиновая кожура, камни, палки — все, что попадалось под руку. Ндери Ва Риера пытался делать вид, будто не замечает этих летящих в него снарядов. Вдруг комок грязи залепил ему рот. Теперь уже нельзя было отступить достойно, и он пустился наутек, недоумевая, в чем же была его ошибка, что он не разглядел в кознях своих политических противников. Он пересек «Дживанджи-гарденс» и направился к Главному полицейскому управлению, а следом за ним с криками бежали люди, и он жалел лишь, что не может полететь по воздуху.
— Наш поход провалился, — с горечью прошептал Карега. На глаза его навернулись горячие слезы. Он старался ни на кого не глядеть. Брошенные своим депутатом, горожанами, которые торопливо разбежались по ближним улицам, илморогцы сидели на газоне парка с таким чувством, будто весь мир им враждебен.
На место происшествия в автомобилях с сиреной прибыл наряд полиции. Офицер был весьма удивлен, увидев растерянных стариков, женщин и детей. Ндери, сидя в машине рядом с офицером, указал на Муниру, Абдуллу и Карегу.
— Вам надлежит пройти в участок и ответить на некоторые вопросы, — сказал им полицейский, вталкивая их в машину.
Ньякинья смотрела, как их увозят. Она повернулась к застывшим в оцепенении людям.
— Пошли за ними следом. Потребуем, чтобы их освободили, — сказала она твердо. — Они не сделали ничего плохого.
Муниру, Карегу и Абдуллу всю ночь продержали в центральном полицейском участке. Наутро их доставили в суд, где они не признали себя виновными в действиях, направленных на создание беспорядков.
Спас их адвокат. Он добился не только того, чтобы слушание дела состоялось на следующий же день, но и того, чтобы арестованных освободили под залог, хотя обвинитель требовал отложить слушание на две недели и настаивал на содержании всех троих в течение этих двух педель под стражей. В день суда илморогцы увидели адвоката в совершенно новом свете: это не был больше радушный хозяин, озабоченный сомнениями интеллигент — это был очень энергичный человек, твердый защитник и безжалостный обвинитель, когда дело дошло до перекрестного допроса свидетелей обвинения и особенно самого члена парламента. Своими вопросами и комментариями адвокат сумел нарисовать четкую картину всех злоключений этих людей, испытавших тяжкие страдания из-за засухи и нелегких условий района. Он охарактеризовал Илморог такими словами, как «покинутая земля», «богом забытая деревня», «остров, которого не коснулся прогресс и который, после того как из него выжали все соки, превратился в застывший, чудовищно искаженный призрак того, чем была и могла бы снова стать эта деревня». Он решительно выступил против тех, на кого была возложена миссия представлять интересы этих людей в парламенте. Если бы избранники народа выполняли свой долг, разве было бы необходимо странствие, которое совершили эти люди? Он описал их поход с такой выразительностью, что публика и даже судья были глубоко тронуты. Затем он с пылом предложил судьям выйти на улицу и посмотреть на осла с тележкой, которого ему лишь сегодня утром удалось вызволить из полиции.
Оправдав подсудимых, судья как бы согласился со словами адвоката, назвавшего их «добрыми самаритянами», и на душе у всех троих повеселело.
С волнением разглядывали они свои фотографии и имена в газетах. «Три добрых самаритянина оправданы», — гласил заголовок в одной из ежедневных газет. Какой-то журналист, почуяв интересный материал для статьи, по пятам ходил за илморогцами, сделал несколько снимков и задал им массу вопросов. Еще через день их история оказалась напечатанной в газете с тройной шапкой: «Смерть в пустыне. Голод в Илмороге. Спасительная миссия осла с тележкой». В самом центре была помещена фотография, запечатлевшая осла, запряженного в пустую тележку, и всех илморогцев, напуганных, растерянных среди неведомых им джунглей — машин, домов, спешащих по делам прохожих.
Именно благодаря этой статье увенчался успехом их поход в столицу. Отовсюду посыпались пожертвования. Через три часа после выхода газеты контора адвоката буквально ломилась от подаренных горожанами продуктов, и тележка была нагружена доверху. Какая-то компания предложила для делегации, осла, тележки и даров бесплатный транспорт. Преподобный Джеррод призвал союз церквей послать в Илморог депутацию, чтобы выяснить, чем церковь может помочь этой деревне. Глава правительства заявил, что туда будут направлены эксперты, с тем чтобы определить, какое место займет Илморог в долгосрочных планах развития сельскохозяйственных районов и что можно сделать максимально ускоренными темпами, чтобы в будущем Илморог и подобные ему районы могли своими силами противостоять засухам.
