– Это неправда, – сказал Майкл. – Я признал это существо своей дочерью. Ты знаешь, я признал Морриган. Мы начали их поиски до того, как рассказали тебе. Мы не подозревали, насколько серьезна твоя болезнь. – У Майкла запершило в горле, он сглотнул, облизал пересохшие губы и продолжил: – Тогда мы еще не знали, насколько жизненно необходимым будет для тебя молоко Талтосов. Мы только со временем это поняли и тогда попытались связаться с Эшем, но обнаружили, что он продал все свои холдинги. Его имя не фигурировало ни в банках, ни на фондовых биржах – он исчез с мирового рынка.
– Как бы Эш к нам ни относился, – сказала Роуан, – он принял решение скрыться. Предпочел, чтобы его будущее оставалось в тайне.
Мона рыдала, уткнувшись в плечо Квинна. Сердце Майкла разрывалось на части.
Стирлинг решил вступить в разговор. Держался он уверенно.
– Мона, Таламаска начала поиски практически сразу после их исчезновения. Мы старались не привлекать к себе внимания, но мы искали. Нам удалось обнаружить кое-какие свидетельства, указывающие на то, что Эш и Морриган побывали в долине Доннелейта. Но дальше их след обрывался. И прошу тебя, поверь, что мы нигде не нашли ни малейшего их следа.
– Вот это действительно удивляет, – заметил я.
Мона злобно сверкнула на меня глазами.
– Я не с тобой разговариваю, – выкрикнула она и тут же, словно я внушал ей ужас, прижалась к Квинну.
– Что бы с ними ни случилось, – сказал я, – какие- то следы должны были обнаружиться.
– Именно так я всегда и думал, – согласился Майкл. – Два или три года подряд мы ждали, что они объявятся при каких-нибудь катастрофических обстоятельствах. Мне не передать вам все свои страхи. Что будет, если молодое поколение Талтосов выйдет из-под контроля, думал я, если они восстанут против Эша? Что, если они пойдут на убийство? А потом мы перестали жить в страхе и начали поиски, но безрезультатно.
Долли-Джин снова хихикнула, потом ссутулилась и начала раскачиваться взад и вперед.
– Ходячему младенцу убить человека так же легко, как человеку убить ходячего младенца. Они могут размножаться где-то, распространяться, как лесной пожар, могут прятаться в долинах, среди холмов, в горах, на равнинах, могут пересекать моря и океаны. А потом – бах! И они, как по сигналу, одновременно выйдут на свет и поодиночке перебьют всех людей. Раз – и вся планета принадлежит Талтосам!
Роуан недовольно посмотрела на Долли-Джин.
– Прибереги этот пассаж для тетки Оскар, – не повышая голоса, сказала она.
Я подмигнул старушке. Она показала мне средний палец.
Майкл взглянул в глаза Моне и чуть подался вперед.
– Надеюсь, мы дали тебе то, что ты хотела, – сказал он. – Что же касается файлов, я прослежу, чтобы их скопировали и перебросили тебе в любое удобное для тебя время. Они доказывают, что мы использовали все свои возможности. Мы отдадим тебе всю информацию об Эше Тэмплтоне, всю, до последней строчки.
– Естественно, – встряла Долли-Джин, – эта парочка вполне могла уже сгнить в какой-нибудь могиле. Только представьте: два ходячих младенца лежат в гробу в обнимку, как Ромео и Джульетта! Может быть, ему надоело слушать ее напыщенный бред об их будущем, он обмотал вокруг ее шеи шелковый чулок и…
– Прекрати, Долли-Джин! – рыдая, взмолилась Мона. – Еще слово, и я закричу!
– Ты уже кричишь, успокойся! – шепнул ей на ухо Квинн.
В душе моей происходила жестокая борьба, но в конце концов я решился:
– Я найду их.
Все сидевшие за столом пораженно воззрились на меня.
– Объясни, что ты хочешь этим сказать! – возмущенно потребовала Мона, комкая в руках намокший от кровавых слез платок.
Я бросил на нее гневный взгляд. Удивительно, как чувствительность и обаяние уживались в этой девочке с испорченностью и поистине дьявольской жестокостью.
– Я хочу поблагодарить вас всех, – заговорил я, теперь уже глядя на Роуан. – Поблагодарить за то, что вы поделились с нами своими секретами. – Я перевел взгляд на Майкла: – Вы доверились нам и обращались как с безгрешными и добрыми. Мы отнюдь не такие, но, поверьте, пытаемся измениться…
Широкая, открытая улыбка, озарившая лицо Роуан, стала мне наградой.
– Безгрешные и добрые, – повторила она. – Какие удивительные слова. Если бы я могла сложить из них гимн и тихо напевать его днем и ночью, днем и ночью…
Мы посмотрели друг другу в глаза.
– Дай мне немного времени. Если они еще живы, если они основали колонию, если они где-то в этом мире существуют, я знаю тех, кто обязательно расскажет мне об этом.
Роуан удивленно приподняла брови, задумалась на секунду и согласно кивнула, снова одарив меня неотразимой улыбкой.
Мои слова взволновали Майкла, а Стирлинг был заинтригован, но держался почтительно.
