Подводя итог нашему исследованию причин появления организации украинских националистов отметим, что она возникла в условиях постепенного затухания и разложения украинской эмиграции под воздействием внутренних противоречий, а также активного вмешательства в их дела спецслужбы страны-пребывания. На территории с преобладанием украинского населения в Чехо-Словакии, Польше и Румынии украинские политические и общественные организации в подавляющем большинстве, за исключением Украинской военной организации, склонялись к легальной деятельности на принципах парламентаризма, что нередко приобретало формы фактической сотрудничества с чуждыми режимами и не могли вызывать солидарности населения. Не было согласия и в эмигрантской среде. Политические разногласия и не в меньше степени личностные амбиции «гетманов» препятствовали консолидации бывших сограждан. С другой стороны, крайне радикальные меры борьбы с оккупантами декларированные с 1925 г. ЛУН Н. Сциборского вплоть до открытой войны с Москвой, Польшей, Румынией вызвали закономерную реакцию отторжения от этой политической провокации с неизвестным дирижёром. С другой стороны, оставался вообще открытым вопрос, а возможно ли создание всеукраинского политического центра, который бы смог объединить все течения украинского освободительного движения, несмотря на их партийную окраску и идеологию?
В целом же ситуацию на рубеже 20–30-х годов XX очень метко охарактеризовал, пусть и в пессимистических тонах, лидер УПСР М. Шаповал. «Эмиграция, по моему мнению, пережила уже себя и вступила в тот период, который называется периодом гибели. Все эмиграции всех народов гибли, когда жили в чужом обществе распылено. Наша живёт разрозненно. Итак – гибнет и скоро погибнет окончательно…".[324]
И в этих условиях, не без настоятельных рекомендаций германского генштаба, ПУН взял на себя смелость попытаться решить проблемные вопросы украинского дела и повести борьбу за возрождение Украины.
Проведённый 28 января – 3 февраля 1929 г. в Вене Первый конгресс (сбор) ОУН принял ряд постановлений о создании и устройстве организации, задекларировал цель и задачи, избрал руководящие органы. Председателем стал Е. Коновалец (одновременно, сохранив за собой должность команданта УВО), его заместителем – Н. Сциборский, секретарём – В. Мартынец. Членами ПУН были избраны: Д. Андриевский, Д. Демчук, Ю. Вассиян, М. Капустянский, П. Кожевников, Л. Костарив, главным судьёй ОУН – М. Кушнир, а главным контролёром – Я. Моралевич. В составе «Провода» создавались референтуры: организационная, политическая, военная, идеологическая, пропаганды, связи, финансов, секретариат. На конгрессе было заявлено, что ОУН не будет ограничивать свою деятельность какой-то конкретной территорией, а будет стремиться освоить все территории, где проживают украинцы. ОУН провозглашала, что будет вести «политику всеукраинского государственничества» и будет противостоять всем партийным и классовым группировкам украинства (можно сказать объявила открыто о войне со всеми не согласными или оппонентами!).
В постановлениях большого сбора украинский национализм охарактеризован как духовное и политическое движение, а украинская нация как продукт-идеал формирования посредством реализации украинского национализма в украинском государстве. В области военной политики ОУН исходила из того, что только военная сила, которая будет опираться на вооружённый народ, готовый упорно бороться за свои права, может освободить Украину от захватчиков и создать условия к возрождению государственности. Хотя в принятых на Большом сборе документах не раскрывались формы и методы деятельности ОУН, однако поставленная задача «оздоровить отношения внутри нации, вызвать в украинском народе государственное творчество свидетельствовала, о том, что новоявленная организация вряд ли будет действовать, так сказать, в конституционном поле и задумываться над трактовкой понятия – толерантность.
Большинство прошлых и современных исследователей убеждены, что ОУН возникла, с одной стороны, как политическое, националистическое движение, с другой – как законспирированная нелегальная организация военного типа с заданием в будущем заменить собою УВО, которая стала стержнем ОУН. Между тем УВО не сразу растворилась в ОУН и до середины 1930-х годов, выступая в роли боевой фракции ОУН, сохраняла свою организационную независимость. Верховная команда УВО, упоминалась в обращении приемника Е. Коновальца – А. Мельника 15 октября 1938 года. По этой причине, например, Проводник краевой экзэкутивы ОУН на ЗУЗ считался одновременно и краевым командантом УВО. А рядом с военным референтом ОУН работал боевой референт УВО, который отвечал за подготовку и проведение диверсий, террористических актов.[325]
