Сама же Адель не просто так нравилась маленькой принцессе — это была маржанка высоких духовных качеств и сочетала в себе удивительную кротость и доброту.
— Глядишь, обернётся твоей родственной душой! — продолжает насмехаться Паскаль, весело тормоша сестру, чтобы та не замёрзла.
— Кас! — грозно протягивает Брайтон.
— Родственной душой? Это как? — Эффи-Лу поочерёдно смотрит на братьев.
— Не слушай его, Кас несёт чепуху… Как и обычно, — хмыкает старший брат, нежно проводя большим пальцем по тёмной бровке сестры.
— Просто Нот не верит в это, Эффи-Лу, — задорно дёргает бровями Паскаль. — Существует древняя-древняя легенда… — Принцесса, чтобы видеть лицо брата практически наравне со своим, забирается на колени к Брайтону. — Когда-то, много веков назад, когда Хаос ещё натурально правил Пандемониумом, а первые люди только-только заселили Храм Божий, Любовь одарила всех без исключения особенным даром — даромродственных душ. Каждый был предназначен друг другу заранее, даже если находились в разных концах миров.
— Да, но нечисть осквернила сей дар, — нехотя подхватывает Брайтон, грустно усмехнувшись, будто стыдясь своего происхождения и причастности к данной нише. — Говорят, что это был ревнивый альв. Ты же знаешь, что они чересчур чтят чистоту крови? — Принцесса кивает головой. — Так вот альв узнал, что его «возлюбленная» был предназначена другому, маржану. Альв разозлился и решил, что способен противостоять Любви. Он заставил альвийку насильно остаться с ним. Маржан же медленно терял рассудок, каждый раз, когда до альвийки касался другой, ему мерещилась боль в области сердца, груди, да и вообще по всему телу. Его так сильно тянуло к альвийке, что он не мог нормально существовать, думать. Родственная связь предполагает и тесную физическую связь… — Пытается подобрать нужные слова, краем глаза замечая, как младший брат ухмыляется. — Без которой — связанные со временем полностью теряют рассудок…
— Когда Любовь увидела, что её дару противятся… — Паскаль быстро переводит тему, чтобы не пришлось объяснять малышке, что такое эта «тесная физическая связь». — Она наслала проклятье. Все, кто не подчиняются дару родственных душ — обречены на смерть. Как только предназначенные друг другу узнают о своём «предназначении» — пути назад нет. Если они не сходятся, то тот, кто нарушает предназначение своими руками губит второго, а именно — поначалу вторая половинка начинает терять рассудок. Затем, зазубрины чужих прикосновений появляются сначала на коже, далее на костях грудной клетки, а после и на сердце. Чем больше родная душа находится с другим, тем быстрее увядает вторая половина. Со смертью второй половины — у первой разрывается сердце.
— Это так жестоко… — тихо протягивает Эсфирь.
— Но, если возлюбленные обретают друг друга, то образуется самая крепкая связь. По легендам, именно такой связью Тьму заключили в тюрьму Пандемониума. Предания гласят, что только «чёрные души со светлыми проблесками возымеют успех над злом, что возомнило себя Абсолютным».
— Но всё это глупости, — усмехается Брайтон, покачивая головой. — За мои сто шестьдесят лет такого ни разу и ни с кем не случалось. А потому — это всего лишь легенда.
— А люди тоже страдают от шрамов? — вопрошает девочка.
— По началу да, страдали, но затем их душами начала править не любовь, — презрительно фыркает Паскаль.
— Что же тогда? — хлопает длинными ресницами маленькая принцесса.
— Деньги, материальные блага. Такая глупость, как «любовь» их не интересует уже очень давно. Они зарабатывают деньги на всех Всадниках: на Чуме, Войне, Голоде и Смерти. И совершенно не верят в Судьбу.
— Зачем же отец отправляет вас туда, на службу к этим извергам?
— У них вкусная еда, — усмехается Паскаль. — Буду посылать тебе каждый раз что-то новое! — Он задорно щёлкает сестрёнку по носу, слушая её недовольное бурчание в ответ.
— Странно это всё… Настоящее зло они, а нечистью и приспешниками Дьявола считают нас, — тихо проговаривает Эффи-Лу, снова запрокидывая голову и жадно разглядывая полярное сияние.
Ни один из братьев не посмел нарушить тишину, внезапно упавшую на плечи королевской семьи.
Оба поднимают головы, всматриваясь в разноцветные свечения. Каждый из них чувствовал, что мир вокруг меняется, стремится отобрать их и без того хрупкий покой. Сказать этого вслух никто не смел. Не потому, что страх сковывал их сердца, нет. Потому что им было ради кого держаться и делать всё возможное, чтобы сохранить умиротворение и любовь.
Так они и сидели. В тишине полярной ночи. Освещаемые лишь сиянием. Наполненные бесконечной любовью друг к другу, откинув все чины, регалии, судьбоносные звания.
Нот. Кас. И Эффи-Лу.
И, кажется, большего им было не надо.
⸶ ⸙ ⸷
Халльфэйр, Королевство Первой Тэрры, тоже время
Герцог Теобальд Годвин при королевском дворе считался не простым учителем. Блестящий канцлер Халльфэйра, близкий друг короля Тейта, его правая рука.
Поэтому, выслушав просьбу своего короля — поручиться за введение Видара в государственные дела — обрадовался, а затем сразу же приступил к новым обязанностям.
