Я вскочил и вышел на улицу. Подойдя к своей повозке, я взял кнут для лошадей, три веревки нашел в саду, затем вернулся в дом. Сергей ушел с кучером Вицера, поэтому не заметил меня.
Двинской по-прежнему лежал посреди комнаты. Я связал его и заткнул рот. Ему было все равно, он спал. Единственное, что ему не нравилось, так это его связанные ноги и руки, но на это он тоже не особо реагировал. Одной ногой я перевернул его на живот и наступил на него. Взмахнув кнутом, я ударил его по оголенной спине. Петр визжал как свинья. После пяти-шести ударов я простил ему такую оплошность и вернулся с кнутом в повозку, где меня ждал Сергей.
– К дому Двинских, – сказал я, не скрывая улыбки.
– Господин, я говорил с одним кучером, пока вас не было. Он рассказал, что ваш отец с ружьем отправился в сторону леса вместе с Вицером.
– И как давно они стали охотниками? Хорошо, Сергей. Спасибо, что рассказал. А теперь езжай, скорее! – Засмеялся я.
– Да, господин! – крикнул он и тоже засмеялся.
По дороге к твоему дому, я стал понимать, что в голове моей что-то не так. Я пытался понять, что идет наперекосяк, но не мог. Внутри что-то заставляло меня паниковать, хотелось кричать. Казалось, будто черти лезут в душу, будто я иду не туда. Я встряхнул головой и стал отгонять все мысли, чтоб избавиться от этого страха.
Когда я вошел на крыльцо твоего дома, мне почудилось, что яблони, росшие беспорядочно вокруг, смотрят на меня с неодобрением. Я чувствовал себя грешником, ведь я только что выпорол твоего отца. Меня беспокоило только то, что мой страх вовсе не был связан с произошедшим в доме Вицера.
Мне открыла дверь девушка, которая была прекрасна и привлекательна. Я сразу же подумал, что вы с ней родня. Это можно было понять по стройности тела, широте ее карих глаз, по форме губ. Единственное, что различало вас, это цвет волос и голос. У тебя он более звонкий и мягкий, а у девушки, похожей на тебя, голос был тихий и нежный, но властный. Таким голосом можно полки за собой повести. Женщина провела меня в дальнюю комнату и велела ждать. Я покорно послушался. Что-то меня в ней очаровало. Я начал волноваться, когда услышал звук спускающихся по лестнице каблуков. С каждым их стуком внутри меня что-то разрывалось. Я развернулся и увидел тебя в белом платье, на котором чего-то не хватало, но на тебе оно смотрелось идеально. Светлое платье, светлые волосы, падающие сквозь окно лучи солнца, изящность походки – все это придавало тебе облик чего-то небесного, чего-то высшего. Внезапно я снова «исчез». Я взялся за голову и рухнул на пол, а затем – в бездну.
– Зачем я живу? Для чего я создан? Кто я такой? Зачем, для чего все это? – повторял я себе все это время. Я думал, думал без конца. Я говорил с пропастью, которую видел во сне. Открыв глаза, я увидел потолок, незнакомый потолок и почувствовал чье-то незнакомое присутствие. Плечо немного болело.
– Григорий, я правильно понимаю? – Вопрошал женский голос.
– Все верно, – ответил я, осматривая свою обмотанную руку.
– Как вы себя чувствуете? – Спросила незнакомка.
– Все в порядке, спасибо вам за помощь. Вам Елизавета обо мне сказала?
– Не стоит благодарить. О вас я услышала вовсе не от нее. Мне пару раз говорили, что вы скандалист и дуэлянт. Вчера мне сказали, что вы защитник крестьян. Вы мне показались интересной фигурой, я хотела узнать вас лично. Не стану скрывать свое удивление, когда встретила вас на пороге своего дома.
– Простите, как я могу вас называть?
– Анна, Анна Федоровна.
– Прекрасное имя – Анна. Рад знакомству.
– Я тоже рада.
– Честно сказать, я всегда знал, что нахожусь в центре событий, но не думал, что настолько популярен.
– Мне кажется, что к вечеру о вас заговорит весь город.
– Вы мне льстите, – сказал я, радуясь легкости разговора.
– Я, пожалуй, пойду. Ведь вы здесь не для того, чтоб со мной беседовать. Я позову Лизу, – сказала она, покраснев.
– Я всегда буду рад разговору с вами! – Крикнул я перед тем, как она выпорхнула из комнаты.
Полежав еще несколько минут, я вспомнил, что мне не стоит задерживаться, ведь в любой момент может вернуться Двинской. Я встал с кровати и хотел уже выйти, как вдруг дверь открылась, и я увидел в проходе тебя.
– Елизавета!
– Григорий, почему ты не в кровати?! – Вскрикнула ты, желая проявить заботу.
– Лиза, я чувствую себя хорошо. Я приношу извинения, за все. Мне хотелось провести время с тобой, познакомиться с твоей семьей, но я долго спал, теперь мне уже пора.
– Хорошо, я не держу зла. Я лишь волнуюсь за тебя. У тебя теперь будет много врагов, и твое здоровье сейчас не в порядке.
– Не важны те, кто против меня, куда важнее те, кто за моей спиной. Мне пора, – сказал я, обняв тебя..»
На этом письмо Григория обрывается, посему далее я буду рассказывать о событиях, про которые узнал со слов очевидцев. Для целостности картины, я оставлю за собой право вести повествование от лица Григория.
Рассказ о дальнейшей судьбе Григория Думова
