Кровоцвет полностью

Все было организовано очень быстро: Келлан и восемь его лучших товарищей пройдут со мной в город, а Онэль и Саймон возьмут Эллу и немедленно отправятся в путь во владение Сильвис, чтобы присоединиться к заждавшейся их королеве. Остальные солдаты были поровну поделены между Высшими Вратами и Лесными. Королевские Врата располагались на воде, поэтому план был таков: после освобождения Ксана и Лизетты и ареста Ториса мы сядем на корабль у пристани и уйдем по воде, захватив с собой всех беженцев, какие попадутся нам на пути.

– Мне бы очень хотелось пойти с тобой, – сказал Саймон, когда мы занимались последними приготовлениями.

– Тебе нездоровится, – с сочувствием произнесла я. – А я теперь уже отлично знакома с расположением города. Мы справимся и без тебя, а я смогу спокойно заниматься делом, зная, что ты присматриваешь за Конрадом.

Он пожал мне руку и внимательно осмотрел шрамы, гораздо более многочисленные, чем прежде.

– Мне стыдно узнать, что во многом из этого виноват Дедрик Корвалис.

– Как ты можешь этого стыдиться? – потрясенно спросила я. – Это не твоя вина.

– Я некоторое время его обучал, когда он был мальчишкой, но уже тогда заметил, как неприятно находиться рядом с ним. Я чувствовал себя не в своей тарелке и прекратил занятия. Может быть, если бы я дал ему образование, в котором он нуждался, я бы сделал из него человека. И ничего этого не случилось бы… – Саймон замолчал и покачал головой, а его ладонь потянулась к цепочке на его шее. Это была привычка – разве он не проделывал то же самое в Ренольте? Но на этот раз я заметила, что именно он стремился сжать в ладони.

Флакон с кровью.

– Саймон, – сказала я. – Что это?

– Такова традиция в старом Указе Магии Крови. Когда маг крови переходит из новичка в мастера, он сохраняет небольшое количество своей крови вот в таком флаконе, чтобы даже после его смерти немного его сущности – его магии – сохранилось. Этот флакон сделан из луноцитового стекла. – Он достал цепочку из-под своей рубахи, чтобы я могла лучше разглядеть. – Это как оставить свое последнее заклинание.

Мои мысли завертелись, как шестеренки в часах.

– А луноцит… он сохраняет кровь?

– О, да. Луноцит – это дар Эмпиреи. А Эмпирея – творец и хранительница жизни. Эта кровь принадлежит брату Донала, Виктору Аклевскому, одаренному магу крови и лучшему человеку из всех, кого мне доводилось встречать. Моему партнеру. Он умер в Ассамблее со многими из наших друзей и коллег, – с мягкой грустью сказал Саймон, – но отдал флакон мне, чтобы я носил его еще долго после его смерти и чтобы частичка его всегда была со мной.

– Саймон, – тревожно сказала я. – Думаю, я должна попросить тебя об огромном, огромном одолжении.

Мы ждали на опушке, в сотне футов от раскинувшихся вдоль стен лагерей. Они почти опустели. Все, в ком было хоть немного здравого смысла, ушли.

Для Фредрика и его людей я нарисовала карту, ведущую к забитому алкоголем тайнику Дарвина. Укрывшись под деревьями, мы наблюдали за стражниками, патрулировавшими стену, и ждали сигнала Фредрика, который бы подтвердил, что он с успехом применил залежи Дарвина.

Келлан опустился на одно колено и смотрел в подзорную трубу.

– Пока никаких сигналов.

Я ходила взад-вперед вдоль рядов солдат.

– Успокойся, – шепотом сказал Келлан. – Они смотрят на тебя и берут пример. Если ты будешь держаться уверенно, они тоже почувствуют уверенность.

– Я беспокоюсь, – сказала я. – Все слишком затянулось. Кто знает, что может случиться с…

– Ксаном? – договорил за меня Келлан.

Я взглянула на свои ладони.

– Да, Келлан. Послушай. У меня до сих пор не было возможности поблагодарить тебя за то, что ты ко мне вернулся. И сказать тебе, что мне безумно жаль, что Фалада погибла. Она служила мне верой и правдой до самого конца.

– Значит, она сделала то, чего я не смог.

– Келлан, не…

Он отпустил подзорную трубу.

– Передо мной стояла лишь одна задача: обеспечить твою безопасность. И при первом же испытании я тебя подвел. Я больше не заслуживаю быть твоим защитником.

Я внимательно посмотрела в его лицо. Оно было по-прежнему красивым, несмотря на несколько новых шрамов и глубокие тени под глазами.

– Мне не нужен защитник, Келлан. Я могу о себе позаботиться, – сказала я и тут же поняла, что это было одновременно и правдой, и фактом, с которым Келлану будет трудно смириться. – Мне нужен союзник и друг. В ответ я могу предложить бесконечные проблемы и хлопоты. Если тебе это интересно, – я иронично пожала плечами, – это отличная возможность, правда. Соглашайся.

Он улыбнулся, едва заметно.

– Мне придется смириться с тем, что меня будут постоянно колоть ножом?

– Не могу обещать, что не будут, – призналась я. – Надеюсь, это не помешает тебе принять верное решение. Вот, – сказала я, вложив в его ладонь маленький предмет. – Хочу, чтобы это было у тебя.

Он озадаченно посмотрел на вещицу.

– Амулет с твоего браслета?

– Грифон благороден и верен, – заметила я. – Я потеряла его на некоторое время. Но затем, каким-то чудом, он ко мне вернулся. – Я прокашлялась. – Кажется, тебе этот амулет очень подходит.