- Ты комедь нам тут не ломай! – взъярился на этот раз Сергеич. – Ишь, дурачком прикинуться решил – я не я, лошадь не моя! Отвечай, пока мы тебя наизнанку не вывернули!
- Да что отвечать? – стал закипать и я. – Откуда мне знать, что вас интересует?
- Правда, милок, и ничего кроме правды, - с прежней лаской сказал Фёдор.
- Вот,домотались! Ещё раз повторяю – я не знаю, что вас интересует, понятно?!
- А ты не кричи, милок. Не кричи – это тебе не поможет! Лучше расскажи всё как есть и мы тебя убьём легко.
- Что?! Вы меня уже убивать собрались?! – Я аж задохнулся от возмущения. – Да вы... да вы... Психи вы здесь все!
- Достаточно Алексей, - неожиданно вклинился в перепалку Плужников, - никто Вас убивать
- К-когда? - опешил я.
- Только что, - обезоруживающе улыбнулся Виктор Павлович. – Видите ли в чём дело – когда человек возбуждён, напуган или находиться во власти каких-либо иных сильных эмоций, его разум для знающего оператора подобен открытой книге и получить из неё необходимую информацию проще простого. Происходит же это потому, что во время стресса мало кто умеет поддерживать ментальную защиту, и потому очень уязвим. Вот и сейчас: Вы невольно открылись, и я смог быстро, аккуратно, а самое главное – безболезненно, получить ответы на все свои вопросы. А мои помощники мне всего-навсего умело подыграли.
Старики довольно ухмылялись. Я ошарашено потёр виски. Получить информацию прямо из мозга собеседника?! Бред! Стоп: опять хожу по кругу – пора уже свыкнуться с мыслью, что утром я жил в одном мире, а сейчас живу в совершенно ином. Блин горелый – да развес этим можно свыкнуться?!
- Самое любопытное, что наш юный друг действительно говорил правду – он действительно не знает о своей родственной связи с нашим Макаровым и о том, что сам обладает некими навыками, - говорил тем временем Плужников помощникам. – Всё же интересная штука – этот минерал. В который раз убеждаюсь, что все, кто так или иначе с ним соприкасается, получают, ну, незримую печать что ли? И после этого уже один Бог или чёрт знают – как это отразиться на дальнейшей жизни человека. Один испытывает всё на своей шкуре, другой платит своими потомками... – Виктор Павлович говорил размеренно и негромко, задумчиво глядя в бетонный потолок бункера. Или не бункера, а той пещеры? Ладно, оставим это пока в стороне – сейчас мне тоже необходимо получить кое-какую информацию. Считывать её напрямую из головы собеседника я не умею, а потому, не мудрствуя лукаво, просто зададим вопрос.
- Вы говорите о минерале, из которого местный завод делал боевые отравляющие вещества? – как можно более небрежно поинтересовался я. – И что: он обладал ещё какими-то свойствами?
Плужников, явно недовольный тем, что я перебил его, нехотя ответил: - Да-да, именно о нём я и говорил... Постойте-ка! А почему Вы спрашиваете о минерале, а не интересуетесь тем, что за родственник отыскался у Вас в Городе? – Он с вновь проснувшимся недоверием уставился на меня. Ну, сейчас я тебе устрою, Мессинг хренов!
- Тоже мне загадка! Естественно речь о полковнике МГБ А Эм Макарове – руководителе проекта! – Я с победной улыбкой смотрел на вытянувшиеся лица подпольщиков.
Первым, как ни странно, пришёл в себя не Плужников, а Сергеич. Он быстро хлопнул ладонью по столу и в ту же секунду я почувствовал, что на руках у меня клацнули невидимые оковы, а горло больно перехватила петля, не позволяющая произнести ни звука.
- Так спокойнее будет, - хладнокровно объяснил он товарищам. – Слишком много с этим пареньком неясностей – пускай лучше так посидит, а мы покумекаем что к чему.
Плужников едва заметно поморщился, но промолчал. Фёдор же согласно кивнул и возбуждённо добавил:
- Вот это правильно! Чуток ты меня опередил, я уж и сам решил спеленать голубчика!
- Куда вы всё время торопитесь?! - недовольно хмурясь, заговорил Виктор Павлович, - ну блокировали гостя, а что дальше? Отвечать то он нам, каким образом станет? Давайте-давайте, прекращайте этот балаган! – решительно пресёк он, начавших было возмущаться, помощников. Сергеич насупился, но виртуальные кандалы убрал. Я послал ему полный «доброты и ласки» взгляд – совсем они в этом подземелье с катушек съехали! Растирая занемевшие запястья и старательно прокашливаясь, я обдумывал неожиданно пришедшую мысль: а на фига этим «колдунам» нужно со мной разговаривать, если они могут напрямую всё из моей головы вытащить? …Спросить что ли? Или продолжать обижаться? Ладно, не будем мучаться неизвестностью – информация сейчас важнее неприязни.