— Вы должны, Алексей Николаевич, понимать, что наш проект — на благо города, всей области. Коттеджи выкупят состоятельные люди, большинство — из Москвы. Они неизбежно привезут с собой капиталы, а разве инвестиции региону не нужны? — собеседнику Котицкого трудно было отказать в логике.
— Да стройте вы хоть дворцы для шейхов из Эмиратов, но — по закону.
— А мы и хотим по закону. Вот для этого вас, в качестве консультанта, и приглашаем.
— И приглашение через уголовника?
— Бугай.., — Олег Афанасьевич тонко улыбнулся. — У нас работают разные люди, и мы с разными людьми работаем.
— Давайте, уважаемый Олег Афанасьевич, откровенно. Документация, которой я располагаю, однозначно показывает, что выделение участков, а тем более уже начавшееся строительство на них — незаконны. Это вы хотели услышать от консультанта?
— И это тоже… Но главное, проникайтесь идеей, входите в долю, и будем вместе пробивать проект. Ведь вы тоже бизнесмен.
— Я, в соответствии с законодательством, на период депутатской деятельности от бизнеса отошел. И сейчас, в качестве именно депутата, отстаиваю интересы в первую очередь своих избирателей.
— А разве ваши избиратели не заинтересованы в развитии побережья? В новых рабочих местах? В совершенствовании инфраструктуры?
— Давайте каждый своим делом заниматься. Вы — бизнесом, но в рамках закона, а я — защитой, опять же законных, интересов избирателей
— Избирателей, избирателей.., — уже с раздражением произнес бизнесмен. — Все-таки вы, Алексей Николаевич, подумайте, — и многозначительно добавил. — Я своего помощника, Бугая, подошлю на днях…
Котицкий глянул на торчавшего в дверях дневного знакомца: ишь, какая кличка подходящая.
5
— Димочка, я так люблю тебя, прижми меня посильнее, — Вика шептала страстно, хотя и явно наигранно. Однако Димке не хотелось ни о чем думать — хотелось просто раствориться в этом упругом горячем теле, предвкушая свежий экстаз.
— Я тоже тебя люблю, — дежурно прошептал и, ощущая трепетную дрожь, вошел в нее весь, без остатка. Охватив, крепко, до боли сжал гладкую, с бугорками позвоночных косточек, кожу спины, прильнул к острым — конусом — упругим грудям, губами прильнул к влажным губам. Слились в одно, и прохлада комнаты мгновенно поднялась до критической температуры.
Разгоряченные, они любили самозабвенно, неистово. Долго.
Давненько такого не было с Димой. Светка, с которой последние полгода жили, нерасписанно, как-то приелась. Вечерами, дежурно, исполнял свои мужские обязанности и скоренько отворачивался к стенке. А тут…
Димка откинулся на спину, Вика прижалась умиротворенно. Хорошо думалось, и Дима стал прокручивать события сегодняшнего дня.
В одиннадцать на площади, где на месте бывшего памятника Ленину разбили фонтан, он встретился с Петром. Так представился мужчина, которого вызвонил Дима.
— Откуда у вас мой телефон?
— Вот, — протянул смятую банку.
— И где вы ее нашли?
— Ну, это целая история, — Димка замялся. — В общем, нашел на побережье. А что?
— А где, где именно?
— Знаете, давайте спокойно поговорим, — Димка чувствовал, что собеседник неестественно взволнован. — Присядем вот тут, в кафэшке?
Сели под навесом, Дима, спросив, взял Петру подогретое пиво («простыл вот, еще не залечился»), себе кофе — машина стояла неподалеку.
В неторопливой беседе шажками подбирались к взаимному доверию. Дима чувствовал, что этот мужик, сорокалетний, побитый жизнью, из которой пять лет провел в зэковском сообществе, внутри — без гнили. И с ним можно иметь дело. А Пятак, это был именно он, также расположился к Дмитрию. Раньше никогда никаких дел с живыми журналистами не имел, какой-то даже пиетет испытывал к напечатанному в газете, а авторов статей считал людьми особенными. И Димка, простой и доступный, ему понравился.
Перешли на ты.
— Слушай, а может, ты мне в этом и поможешь?
— В чем?
— Друг… точнее, знакомый мой пропал. Думаю, это как-то связано с побережьем, возможно, именно с тем местом, где ты эту банку нашел. Может, он сам этот номер и нацарапал.
— Давай-ка все по порядку.
Они проговорили часа два. Логично было предположить, что Столб, ввязавшись в криминальные разборки, попал в историю, его взяли заложником и держат взаперти на территории стройки. Пробраться внутрь, учитывая основательную охрану, было проблематично. Решили подумать, обсосать, как говорится, ситуацию, каждый — в силу своих возможностей, но никому ничего не говорить. Особенно Петр-Пятак у себя в фирме.
Проснувшаяся Вика защекотала пальчиком по Димкиной груди. Он охотно ответил: повернулся, обнял ее, и любовный полет на небеса повторился с неменьшим жаром.
6
Вера Васильевна Котицкая сидела после сауны в плетеном кресле и потягивала из стаканчика томатный сок. Этот фитнес-клуб уже год, со дня открытия, она посещала регулярно, два раза в неделю. Подошла служащая, Алина:
— Вера Васильевна, извините, вы уже за два месяца задолжали. Вы уж, пожалуйста, оплатите.
— Да, да, конечно, — Котицкая раздраженно приподнялась. Испортили настроение, не дали толком отдохнуть! Встала и двинулась в раздевалку.
