Разведчица шагала по пляжному песку вдоль стены тростника. План операции был прост, изящен, проверен тысячами исторических боевых операций: одна из диверсионных групп демонстрирует атаку с фронта, выманивая и отвлекая противника, вторая группа врывается в расположение врага с тыла, наносит сокрушительный удар (в данном случае освобождая пленника или убеждаясь, что тот мертв) и мгновенно отходит по намеченному маршруту. То, что группы формируются из единственного бойца, принципиального значения не имело. Дики досталась роль лобового имитирования атаки. Капитан Фуаныр выразил некоторые сомнения в целесообразности именно такого разделения ролей, но разведчица заверила, что бегает много быстрее аборигенов, ввязываться в схватку не будет, так что все нормально придумано. Насчет недурной спортивной подготовки напарницы морской фуа был в курсе, это он сам насчет бега не особенно был уверен — на корабле особенно не разбежишься, приходится тренировать иные мышцы. Именно поэтому свой выход в тыл лагеря противника Ныр предпочел осуществлять морем.
— А эти… дряни? Закусают же, — засомневалась Дики.
— Вы, юная леди, тут на берегу успели осмотреться, — капитан брезгливо ткнул босой ногой голову грязуна, — а вот здешнее море успел я оценить. Зубастая мелочь только у берега крутится, на глубине нормальная рыба — сожрать может, но не морского дарка.
— Понятно, сэр.
— Это… давай пока без титулов. Оно проще, да и я отдохну. На корабле эта суп-бординация надоела. Вот же слова! Сами они су-бординаторы, — фыркнул капитан.
— Куда деваться. Научные слова — они такие, — вздохнула Дики.
— Я не спорю — надо, так надо. Но сейчас нам надо как-то попроще и еще попроще, — напомнил дарк и неопределенно-вежливо повел перепончатой ладонью перед лицом. — Но главное, — ты точно в порядке?
— Это-то? — Дики потрогала вспухшую сторону лица. — Вообще не мешает. Вот на спине укус ломит. Но я в отличной форме, отдохнула, довооружилась…
— Топор отличный, спору нет, — согласился капитан. — Но вот лицо… Ты девочка красивая, нужно как-то тщательнее беречься. Вот чувствую — всыплют нам твои мамы. И за то, что воевать вздумали, тоже. С другой стороны, ты права — возвращаться, оставляя моряка — это уж совсем лицо потерять, как говорится, позорно и всесторонне обезмордеть.
— Испытывала такие же сомнения, — призналась Дики. — Но тут, как ты справедливо сказал — «куда деваться».
— Да, разомнемся, — Ныр похлопал по своему простому, но испытанному ножу на поясе. — Не забудь применить магию. Сам не пробовал, но Профессорша утверждает, что действует неотразимо. Насчет подобных пакостей я бы ей поверил на слово. Всё, пошли.
Капитан нырнул в море прямо с камня, стремясь побыстрее уйти за сферу обитания вредных прибрежных камбалок. Дики без спешки двинулась берегом.
Грязуны особенно не досаждали — вяло ползали по песку, иной раз пытаясь взлететь. В агрессивности кровососы явно потеряли — наползали неуверенно, с притупившимся аппетитом. Разведчице лишь изредка приходилось отфутболивать особо прытких хищников. Зато довелось увидеть грязунью яйцекладку — жутковатое зрелище, если честно. Хвала богам, что у этих полукрылых гадов столь краткий период жизненной активности, иначе здешние острова были бы реальным адом.
Дики дошла до хорошо знакомых мест — вот Мысик Высадки, далее Бухта Ловли. Песок был густо загрязнен грязуньими следами, телами и перьями неудачливых птиц. Видимо, охотничьи сражения здесь шли особенно яростно: много чаще попадались измятые комки перьев — обескровливали крупных чаек хищные насекомые до последнего грамма жидкости. М-да, вот она — дикая естественная природа.
Зоологические наблюдения — это шло отдельно, а боевая ситуация стояла на первом плане. Волновал фактор времени — действовать необходимо синхронно, а когда Ныр выйдет на рубеж тыловой атаки, не совсем понятно. Сам фуа заверил, что «как дойдешь, так и начинай», но Дики сомневалась. Все же плыть там порядком даже для морского дарка, а еще ему нужно передохнуть, сил для рывка набраться. Между нами говоря, было похоже, что Ныр слегка переживает по поводу предстоящего боестолкновения. Оно и понятно — он капитан торгового корабля, к боям и абордажам испытывает стойкую неприязнь, ему по должности так и положено. Опытный, конечно, боец, но то уже в прошлом. С другой стороны, двое подготовленных северян против кучки слабосильных людоедов — в чем сомнения-то?
