— Л что вы сделали с вашими волосами?
— Опрыскала их душистым лаком,— ответила она, поправляя сари, которое слегка соскользнуло с головы, продемонстрировав влажно поблескивающие черные волосы.
— Жаль, что вы не можете танцевать. Я бы с удовольствием потанцевал с вами.
— В следующий раз, Питер.
Никки серьезно переговаривался с первым помощником капитана — красивым молодым человеком в белом кителе с сине-золотыми эполетами. Найджел принес Клер ее напиток. Никки взял микрофон и повторил сообщение для Примроуз Челмерс. Танцы продолжались, но с меньшим воодушевлением — казалось, дурное предчувствие отбрасывало тень на пассажиров, несмотря на усилия мистера Бентинк-Джоунса развеселять их.
Когда Примроуз не появилась и после второго сообщения, Найджел стал пробираться к маленькой группе у дверей салона. Бентинк-Джоунс последовал за ним. Никки говорил Челмерсам, что организует поиски на корабле. Родители уже повсюду искали дочь, которая ускользнула перед окончанием лекции и с тех пор не появлялась. Миссис Челмерс говорила, что ей уже давно пора лечь спать.
Никки снова обратился к первому помощнику. Когда тот собрался уходить, Найджел отвел Никки в сторону от родителей Примроуз.
— Скажите, чтобы во время поисков не забыли о бассейне.
Администратор круиза уставился на Найджела с удивлением и подозрением. Тем не менее, он снова заговорил с офицером на своем быстром отрывистом языке.
Беспокойство Никки, теперь очевидное, оказалось заразительным. Танцы прекратились, и пассажиры молча стояли в салоне или выходили на палубу. Найджел задумался об импульсе, побудившем его сказать о бассейне: пара слабых криков, пара всплесков — в тот момент ему показалось странным, что люди купаются в такое время.
Более чем через полчаса Никки вернулся в салон и подозвал рыжеволосого доктора Планкета. Найджел последовал за ними через прогулочную палубу на полубак. Там были первый помощник и два матроса — один из них мокрый с головы до ног,— но вездесущий Айвор Бентинк-Джоунс, как ни странно, отсутствовал. На железной койке лежало тело маленькой Примроуз. Она была полностью одета, включая спорран.
— Боже мой, какой ужас!— воскликнул Никки.— Несчастный случай в нашем первом круизе! Что скажут директора? Вы уверены, что она мертва, доктор?
Стоящий на коленях возле тела доктор План кет поднял взгляд.
— Абсолютно уверен. Но это не был несчастный случай.— Он указал на горло девочки. При свете лампы, свешивающейся с перекладины фок-мачты, были видны жуткие царапины.— Я бы сказал, что ее задушили и бросили в бассейн.
Администратор, казалось, лишился рассудка.
— Как я скажу об этом матери бедной малышки?..
— Никки,— резко заговорил Найджел,— Найдите миссис Хейл.— жену епископа Солуэйского. Расскажите ей о случившемся и попросите сообщить об этом родителям девочки.
— Да-да, конечно. Так будет лучше всего. Сейчас иду...
Никки удалился. Из салона сверху донеслись звуки музыки. Оркестр пытался возобновить веселье.
— Им бы следовало заиграть «Ближе к тебе, о Боже», верно? — сухо заметил доктор Планкет.
— Не заглянете ли вы в ее спорран, доктор? — попросил Найджел.— Там нет записной книжки?
— Нет. Носовой платок, карандаш, ручка, маленькая кукла-негритенок,— сказал доктор, выкладывая предметы на палубу возле тела.— Записной книжки нет. А в чем дело? Мы не должны ничего трогать, пока полиция... Черт возьми, совсем забыл, где мы находимся.
— Полиция более-менее уже здесь.
— Какого дьявола?..
Найджел быстро говорил минуту или две. Греческие матросы с любопытством глазели на него: один из них поднял куклу-негритенка, погладил ее курчавую голову и снова положил на палубу.
— Понятно,.— промолвил доктор Планкет.— Значит, вот кого я пригрел в своей каюте. Ну, вам предстоит куча работы.
В количестве предстоящей ему работы Найджел убедился спустя десять минут. Первый помощник подошел с еще двумя матросами, несущими носилки. Тело Примроуз убрали в ее каюту. Слух уже разнесся по кораблю, и пассажиры устремились на полубак. Доктор Планкет пробивал себе путь сквозь встречный поток, следуя за носилками. Найджел отправился разыскивать Клер в салоне.
Войдя туда, он увидел Никки, похожего на персонаж из ночного кошмара и пробирающегося к микрофону. Лицо его было покрыто потом, смуглая кожа стала грязно-желтой. Подойдя к микрофону, он заговорил срывающимся голосом:
— У меня сообщение для мисс Ианты Эмброуз. Пусть она сразу же пройдет в свою каюту, где ее ожидает сестра. Если кто-нибудь из пассажиров видел мисс Эмброуз вечером во время лекции, пусть он придет в передний салон на прогулочной палубе и сообщит мне. Это говорит администратор круиза.
«Менелай» повернулся, тяжело накренившись на правый борт. Прожектор описал по морю дугу; па носу и мостике матросы всматривались в воду. Но корабельные офицеры знали, что поиски тщетны. Ианту Эмброуз могли сбросить за борт в любое время после десяти минут десятого, когда ее видели уходящей с лекции, и, по ее же собственным словам, она не умела плавать.
