– Заметил, ты смутилась моему появлению, а? – рассмеялся Бенджамин, почесав затылок. – Все гости принимают меня за капитана, даже кланяются, когда здороваются.
– Сходство действительно поразительное, – согласилась Мелани.
– Я так долго путешествую, что стал походить на моряка. И помимо внешности нахватался всяких фразочек. Вот, например…
Он задумался, перебирая в памяти подходящие.
– Корабли уходят, а гавань остается! – торжественно изрек Томсон, иронично добавив: – Только, как ни странно, сам я стал гаванью, путешествующей со своим кораблем.
Он хрипло рассмеялся, закашлялся, и дыхание его приобрело тихое посвистывание, выдавая проблемы с легкими.
– Или вот, моя самая любимая! – продолжил он. – Ничто не излечивает любовь, как соленая вода и расстояние!
– Вам довелось излечиться? – вдруг спросила Мелани.
Мужчина поколебался, смотря мимо нее.
– Моя жена умерла много лет назад, но я до сих пор помню, как она укладывала волосы. Это был целый обряд, – с нескрываемой нежностью поделился старик. – За пятьдесят с лишним лет супружеской жизни я не рискнул вмешаться ни разу.
Мелани с трудом удалось сдержать смех – мистер Томсон старался изо всех сил. Но, несмотря на его шутки, она чувствовала неизгладимую тоску по любимой женщине. И понимала, что от такого вряд ли излечиваются.
– Мы всегда были с ней заодно. Наверное, это и стало основой нашего счастливого брака.
– Вас можно назвать настоящим везунчиком. Особенно если учесть, что ваша ставка только что победила.
Мелани установила долли поверх его фишки и по-доброму улыбнулась.
– Кажется, я могу позволить себе коктейль на верхней палубе! – довольно рассмеялся Бенджамин.
Неприятный привкус во рту заставил Мелани нахмуриться и прижать подбородок к груди. Мужчина понимающе заглянул ей в глаза.
– Морская болезнь?
Она покраснела, но мистер Томсон ободряюще шепнул:
– У нас всех есть такая болезнь. Уверен, у меня она начнется, когда я спущусь на берег.
– Вы не выходите в портах? – поразилась Мелани, поборов приступ тошноты.
– Нет, – задумчиво ответил старик. – Здесь столько всего, что мне хватает развлечений.
– А как же природа, свежий воздух?
– На что мне они?
– Пища для души, разнообразие отдыха, наконец.
– Моя душа давно пресытилась этим! – мистер Томсон слегка качнулся назад, изъявляя желание встать. – Что ж, все надо делать вовремя, в том числе поворачивать к берегу! Услышал у одного латыша!
Он рассмеялся громче обычного и в самом деле поднялся.
– Старикам грешно спать, когда осталось недолго, но все-таки я предпочитаю хороший сон плохому бодрствованию. Пойду, пришвартуюсь в своей норе до утра.
Мелани грустно улыбнулась и, испытывая чувство вины, пожелала старику доброй ночи. Мистер Томсон радовался ее обществу, но благородно оставил, чтобы она могла позволить себе выпить воды и немного передохнуть.
Подав знак сотруднику службы безопасности, Мелани вышла на брейк-тайм в небольшую комнатку для персонала. Она достала таблетку и, запив водой, опустилась на стул. Усталость крепко сжимала ее щиколотки после нескольких часов на высоких каблуках.
Мелани занесла Теренса в ряды расчетливых сексистов, после его заявления о том, что мужчины стесняются делать мелкие ставки в обществе женщин-крупье. А без такого атрибута, как высокий каблук, женщина, по его мнению, таковой не являлась.
Таблетка вскоре подействовала, и Мелани вернулась на место. Зал уже опустел, гул сменился задушевными беседами гостей, потянувшихся нестройными вереницами к выходу. Наверняка они направлялись к барам пропустить по бокалу перед сном.
Мелани задумалась о том, как проводит время Джина. Посчастливилось ли ей встретить того самого, кого хотела сразить наповал харизмой? И как она собралась обмануть устав?
Мелани настолько погрузилась в рефлексию, что не заметила, как к ней подсел мужчина и ровным приятным голосом спросил:
– Вы принимаете наличные?
Возможно, он говорил что-то еще до того – приветствие или обращение, но Мелани не могла вспомнить.
– Добрый вечер! – включив профессионала, она поздоровалась с гостем и закрепила новые правила игры. – Да, стол свободен. Вы можете сделать ставку наличными.
Сквозь павшую пелену собственных размышлений Мелани увидела мужчину, неброско красивого, но все же с таким лицом, за которое невольно зацепишься взглядом в толпе. На его волнистой шевелюре выгоревших волос аккуратно спряталась платиновая прядка, берущая начало прямо от центра лба.
«Должно быть, нервная работенка!»
– Тогда двадцать долларов на Зеро.
Мелани удивилась, но деловито произнесла «Ставок больше нет» и поймала на себе заинтересованный взгляд незнакомца, ставшего свидетелем ее преступления. Крупье не имел права терять концентрацию за столом, а она витала в облаках добрых пятнадцать минут.
Мелани запустила шарик и принялась его гипнотизировать, лишь бы избежать неловкости с гостем. А он, в отличие от других игроков, смотрел прямо на нее. Долго, внимательно, изучающе. Краем глаза Мелани видела, что выражение его лица ни разу не изменилось. И как бы ни хотелось признавать, этот факт ее задел.
