Далин взял подготовку к операции в свои руки. Члены группы Эльвенгрена сразу почувствовали профессионала. Были внимательно изучены все подходы и выходы на перрон, определены места, где должен находиться каждый, последовательность действий, дублирование функций одного бомбометателя другим, взаимостраховка, пути отступления на случай провала, способы связи, места встречи после аттентата. Расходились по одному, чтобы никогда не появляться больше в этом ресторанчике. Далин вышел вместе с Эльвенгреном. Он сам взялся проверить, нет ли слежки за руководителем группы. Все прошло благополучно...
Четвертого апреля террористы в условленное время собрались в районе вокзала. Далин проверил знание данных им инструкций, оружие, иностранные паспорта, настроение каждого. Им удалось загодя проникнуть в здание, а затем, когда состав подали, выбраться и на перрон, хотя полиции было уже предостаточно и публику туда не пропускали. Более того, узнав каким-то образом, где должен был остановиться салон-вагон, Далин поставил там самых надежных и ловких: Васильева, Клементьева, Бикчентаева. Оставалось лишь ждать момента, когда на перроне появятся руководители советской делегации.
Но время шло, а советская делегация не появлялась. До отхода поезда оставалось семь минут... Пять... Две минуты... Минута... Террористы недоуменно переглядывались, нервничали. Что-то явно произошло, но что и где? Неужели их предали?.. Прошла минута, но состав стоял по-прежнему. Еще минута, еще. Пять минут! Такого страшного опоздания не знал Потсдамский вокзал, отличавшийся необыкновенной пунктуальностью работы всех служб. Эльвенгрен, не выдержав, пошел посоветоваться с Далиным. Он нашел его внутри здания, возле аптечного киоска, как было определено, и они вместе попытались выяснить причину задержки. Остановленный ими носильщик ничего не знал. Ничего не знал и железнодорожный служащий. И только из случайно услышанного разговора двух полицейских офицеров они узнали, что отправление поезда отложено почему-то на десять минут. Эльвенгрен поспешил на перрон, но его не пропустили. Группа лишилась руководителя. Георгий Евгеньевич стал было громко возмущаться, но осторожный Далин сумел быстро увлечь его в сторону.
Спустя десять минут поезд плавно тронулся. Перрон был пуст. И салон-вагон пуст. Они увидели это сквозь огромное вокзальное окно. Большевистские дипломаты так и не появились. Далин терялся в догадках. Эльвенгрен ушел снимать с постов своих бомбометателей. Операция снова не удалась, и он с тоской думал о том, как сможет оправдаться перед своими хозяевами, которые, конечно, не дадут им больше ни копейки...
3
— А произошло вот что, — рассказывал своему товарищу Скандин-Сазонов уже в поезде, направлявшемся к австрийской границе. — Министерство иностранных дел Германии после переговоров, не приведших, как известно, ни к чему, пригласило советскую делегацию на обед. Чтобы подсластить пилюлю. Наши отправились. Зачем хозяев обижать?! Ну протокол, естественно: дипломаты во фраках, лакеи во фраках. Вроде и полицейские во фраках. Все на высшем уровне — улыбки, речи, обмен любезностями, надежда на скорую встречу и продолжение диалога в Генуе. И гости так довольны, что и уходить не хотят. Засиделись и к поезду не торопятся. Не выгонишь же! Начальнику Потсдамского вокзала по телефону приказывают задержать поезд на десять минут. Скандал на всю Германию! А господин Чичерин и в ус не дует, не торопится... Проходит десять минут. Начальник вокзала напоминает: что делать? К господину Чичерину направляют гонца: «Нельзя дальше поезд задерживать. У нас не принято поезда задерживать — простите уж за такое невежливое напоминание. Очень и нам расставаться не хочется». Ну и так далее. А Георгий Васильевич отвечает: «Да, очень приятный обед получился. Не заметили, как и время пролетело. Если можно, вы отправляйте поезд, а наша делегация нагонит его на автомобилях, не беспокойтесь, пожалуйста». За точность ответа Чичерина не ручаюсь — немецкий знаю слабовато, но смысл таков был, это точно... На ближайшей станции мы догнали состав и пересели из моторов в салон-вагон. Вот и вся история. Утерли носы эльвенгреновским террористам...[41]