Ну это он загнул, конечно – пока ещё только кандидат, но чего уж там… Нет, что меня собираются наградить – я знал. И, втайне, мечтал о медали «За отвагу» – по общему мнению самой ценной и почётной медали среди всех… Но прошёл март, потом апрель, затем май – а о награждении даже кукушка не куковала. Ну я и решил, что пролетаю. Слегка расстроился, конечно, но как-то не особенно. Куда больше меня расстраивало то, что рухнули все мои планы и надежды на скорый дембель. А тут вон оно значит, как повернулось… Интересно, а шанс на «Отвагу» ещё есть?
- Да, и передай командиру роты – чтобы тебе срочно выдали новую парадную форму. А то в этой как клоун выглядишь! Руки из рукавов чуть не по локоть торчат, да и брюки на тебе выглядят будто ты подстреленный…
Ну да, старую-то форму мне шили ажно два года назад. Потому как на складах моего размера не нашлось. Уже тогда крупноват оказался. А за это время я ещё чутка поменялся фигурой…
- Товарищ полковник – на складах моего размера нет. Мне и эту два года назад шить пришлось,- доложился я.
- Ну значит пусть пошьёт,- нахмурился начальник политотдела.- Неделя вам на всё – потом сам проверю!
В Москву мы с начпо прибыли в понедельник, двадцать седьмого июня. Оказалось, что он тоже прибыл на награждение. То есть его должны были наградить одновременно со мной. За что – уж не знаю, вроде как по совокупности… Ой не потому ли меня не только до сих пор не отпустили на дембель, но ещё и так усиленно тянули в партию? Впрочем, даже если и так – никакой обиды у меня на полковника не было. Так уж всё в жизни устроено. Те, кто ниже – ресурс тех, кто выше. А если не ресурс, то никому не интересные пустые отвалы, способные только брюзжать на кухне и «срать» в комментах… А уж если он мне ещё и «За отвагу» сподобился сделать – так и вообще спасибо скажу!
Само награждение состоялось на следующий день в Георгиевском зале Кремля. Награждённых в нём собралось довольно много. Навскидку человек пятьдесят. Причём, из «срочников» я там был только один.
Нас быстро завели внутрь и выстроили вдоль ковровых дорожек. Я оказался в самом конце строя, сразу за двумя прапорщиками с инженерными эмблемами. Вот только на каких-нибудь сапёров они ну вот совсем не походили. А вот на элитных «убивцев» – вполне. Прапора окинули меня несколько покровительственными взглядами, после чего один из них лениво поинтересовался:
- Из Афгана?
- Так точно!- коротко отозвался я. Вот не нужно мне здесь, в Кремле, никаких проблем с докапыванием из-за субординации… Но, слава богу, мужики оказались нормальными.
- Да ты не тянись, старшина,- улыбнулся второй.- Мы ж видим, что ты уже дембель. К тому же и сами «из-за речки». За что награждать-то будут?
- За то что струсил правильно,- усмехнулся я уже более вольно.
- В смысле?
- Ну, когда перессал до ужаса, то не побежал, а начал отстреливаться куда-то в сторону противника,- сообщил я наиболее точную, по моему мнению, версию событий. Прапора переглянулись и тихонько рассмеялись. Но продолжить разговор нам не дали. Дальний конец строя суетливо зашевелился, а потом вдоль него разнеслась громкая команда.
Пока до меня дошла очередь я успел немного заскучать. Само награждение проводил какой-то довольно рослый генерал армии. А когда я тихонько поинтересовался у соседей кто это такой – они шёпотом просветили меня, что это начальник Генерального штаба Огарков. Я задумался, вспоминая что я про него читал. Мужик, вроде как, был правильный и толковый. И фронтовик. Впрочем, среди высшего военного руководства страны таких пока много. Не легендарных маршалов, конечно, скорее бывших взводных и ротных, но эти люди знают войну не понаслышке, а с переднего края… Кстати, он, вроде как, был категорическим противников ввода войск в Афганистан!
Очередь до меня дошла где-то через час. Я уже даже стоять измучился. Но, как бы там ни было – она до меня таки дошла. После того как моим соседям-прапорам, вручили по «Красной звезде» остановились уже напротив меня, медалиста… Сколько, кстати, их уже у меня уже имеется? Четыре вроде как – школьная золотая, со Спартакиады две штуки, да плюс олимпийская… С этой будет пять. А что – вполне достойно для двадцати лет. Ну так я ж вселенец/попаданец! Им априори рояли да плюшки положены!
Огарков окинул меня придирчивым взглядом и улыбнулся.
- Десантник…
- Старшина Марков, товарищ генерал армии!- гаркнул я, вытаращи глаза. Всё как положено – лихой и придурковатый…
- Когда в Афганистан попал?
- В ноябре восемьдесят первого, товарищ генерал армии!
- Ну и что думаешь? Справится Советская армия с мужиками в широких штанах?- поинтересовался он, с усмешкой. А я слегка разозлился. Юродивого что ли нашли, устами которого боженька вещает. Ну тогда – держите, не унесёте.
- Никак нет, товарищ генерал армии!
В зале мгновенно повисла ошеломлённая тишина. Вся свита Огаркова обалдело уставилась на меня. Да и не только она. Весь строй, который генерал армии уже прошёл, вытянув шеи пялился на молодого наглеца, ляпнувшего сущую ересь!
